Зов Полярной звезды

– Может, и знал… У меня после вашего сеанса будто проблески появились, но бессистемные, не получается их воедино собрать.

– Сеансы мы продолжим. Мне много чего из ваших извилин выпростать нужно. Тут прямо детективная история нарисовывается. Конан Дойль с Лебланом! – Барченко взялся перечислять, загибая по очереди короткие пальцы: – Почему тот, кто попотчевал вас палицей, не нанес вам смертельного удара, а оставил лежать как есть? Почему довольствовался тем, что вас погребли заживо? Имел ли он какие-либо претензии к вам лично или ставил своей целью похитить что-то со склада?

– Вещи на складе остались нетронутыми, – перебил начальника Вадим.

 – Я нашел подробную опись, а времени, чтобы произвести р-ревизию, у меня было предостаточно.

– Вы производили ревизию?

– И то р-развлечение… К тому же мне хотелось вести строгий учет всему продовольствию, которое я съел, сожженным свечам, изношенной одежде… Думал, что буду делать, если мне впоследствии за все это предъявят счет.

 – Он допил вино и подрагивающей рукой возвратил стакан Барченко.

– Если преступника… будем именовать его так, поелику он едва смертоубийство не сотворил… не интересовал склад, значит, его интересовали вы. Тогда вопросов еще больше. И, кстати, вы сказали, что капитан вам не тыкал, обращался хоть и в приказном тоне, но уважительно?

– Да…

– И вы его «благородием» не величали?

– Не величал.

Что же из этого проистекает?

Вадим, общаясь с Барченко, невольно заражался его церковнославянским наречием.

– А то, что сословия вы не пролетарского и тем паче не крестьянского. Я дворянина за версту узнаю. – Александр Васильевич перешел на полушепот. – Сдается мне, голубая кровь в вас течет, любезный Вадим Сергеевич…

– Как же я р-рядовым на войну попал?

– Всякое случается. За провинность разжаловали или еще чего… Возможно, по политической части.

На это я и уповаю. Если откроется, что вы свободомыслием изволили баловаться, будет у вас отменный джокер против наших приверед.

Говорил Александр Васильевич не без сарказма, но вроде как и всерьез.

– Так давайте еще в моих мозгах покопаемся! – взмолился Вадим. – Я хочу правду узнать.

– Покопаемся, – заверил Барченко. – Но не сейчас. Неделю перерыва сделаем, а после проведем повторный сеанс.