Постапокалипсис: Природа выживания. Как оно будет на самом деле

– Лаки! – утвердительно сказала она, с восторгом глядя, как щенок лакает, а потом, переведя взгляд на Влада и Валентину Ивановну, добавила, причем так уверенно и веско:

– Он нам счастье принесет! Лаки – по-английски «Счастливчик»!

– А ведь и вправду он у нас Счастливчик! Вон что на свете творится, конец этому свету-то приходит! А он нашелся, а если бы не Влад, то загрызли бы его собаки! – согласилась с такой кличкой для щенка Валентина Ивановна, и в подробностях рассказала, как Влад спас щенка, и, как только она закончила спасительную историю, Мария подняла свои грустные темно-синие глазища на Влада и тихо сказала:

– Спасибо тебе! Пусть он у меня пока поживет!

– Да, конечно, только я тоже буду его кормить, – немного по-мальчишечьи произнес Влад, так как ему тоже очень сильно хотелось повозиться с забавным щенком.

Тот между тем уже усердно вылизывал пустую миску, да так, что она начала постукивать по полу.

– Голодный-то какой! – всплеснула руками Мария, встав на ноги. – Нужно его еще накормить.

– Сразу нельзя, вон он как исхудал, стало быть, давно не ел, а если его вот так сразу еще до отвала накормить, то у него может быть и заворот кишок.

– Ну, мы же немного ему молока дали. Теперь давайте дадим ему немного творога, размешенного в молоке.

– Ну, если немного! – согласилась Валентина Ивановна, забрав миску у щенка и отдав её Маше: – Только немного!

Взяв миску, Мария тут же умчалась на кухню. Вслед за ней побежал и щенок.

– Ну и мы давай пойдем. Накормлю я тебя, Влад, да посоветоваться надо, как дальше-то жить.

Пока Маша кормила Лаки растолченным в молоке творогом, Валентина Ивановна сняла с крышку с кастрюли, стоящей на переносной газовой плите и налила полную тарелку горячего наваристого борща для Владислава.

– Давай ешь, а мы уже поели. Вернее я, а Маша так, поклевала. Авось сейчас и аппетит у неё проснется. А то всё плакала потихоньку в своем кресле….

За едой Влад рассказал про оружие, про то, что, видимо, вся система власти рухнула, и вообще, похоже, мало кто из людей выжил. Валентина Ивановна рассказала про себя, что, когда случилась эта вся беда, она уже жила одна, муж у неё помер пять лет назад, детей у неё нет. Общалась только со своей приятельницей Ириной, да и ту эпидемия унесла. Вот только подобрала Машеньку, а что делать дальше, не знает.