Точка бифуркации

Благо сама тётка похоже не обижалась на дядю Гришу и даже поощряла его регулярные визиты. Бабка ворчала, но тоже была рада «рукастому мужику». В доме и хозяйстве была нужна умелая мужская рука, а дядя Гриша был несомненно одаренным человеком.

Вникнув в проблему мальчика, дядя Гриша не отвернулся от Паши. Вместо этого он начал давать советы.

– Имя у тебя неудачное, пацан, – первым делом авторитетно заявил дядя Гриша. – Павел, Паша, Пашка…тьфу. Имя должно греметь! Имя – оно как стержень.

– Наука об именах называется антропонимика, – вставила тётка.

– Про индейцев слышал? – добавил дядя Гриша. – Вот у них имя человека определяло. Задавало жизненный путь.

Про индейцев Паша не слышал. Много позже он усомнился и в знаниях самого дяди Гриши по этому экзотическому в наших краях вопросу. Паша не хотел вникать в наверняка сложную науку антропонимику и был готов немедленно взять имя Гриша, но это оказалось невозможным.

– Так не пойдёт, – отрезал специалист по антропонимике. – Имя Григорий не просто так дается. Тут стержень нужен, да такой что двумя руками схватишься да не согнешь.

Дядя Гриша изобразил невидимый стержень и обхватил его обеими руками. Тётка противненько рассмеялась, чем расстроила Пашу ещё больше. Мелькнувшая была надежда решить все свои проблемы сменой имени рухнула, да ещё и под глупый смех родного как казалось человека.

– Но не грусти, – подмигнул дядя Гриша.

– Дыжин? – с сомнением и вопросом ответил Паша.

– Дыжин! – пробасил дядя Гриша. – Мощная фамилия! Короткая и сильная. Так и представляйся. Не Пашка ты, слюнтяй городской, а Дыжин. И бей.

– Бить? – Паша надеялся обойтись без драк.

– С такой фамилией не страшно. С первого раза может не получиться. Но это потому что ты к фамилии ещё не привык. И ещё: бить надо первым.

И Паша начал бить. Остается только догадываться сколько раз с диким кличем «Дыжин» несся на своих противников городской мальчишка, но фактом оставалось одно: провожать в конце августа Пашу пришли почти все соседские дети.

Много лет подряд Паша Дыжин приезжал в деревню на всё лето. Дядя Гриша бросил «приударять» за тёткой мальчика, но самого парнишку не бросил. Паша по-прежнему ловил каждое слово деревенского механизатора, набирался уму-разуму и с сожалением возвращался в город перед первым сентября.