Охота на черного короля

Из них к престижному соревнованию были допущены игроки, занявшие первые восемь мест на чемпионате СССР, который состоялся этой же осенью, плюс двое – Богатырчук и Зубарев – получили персональные приглашения. Вадим, как работник «Шахматного листка», знал почти всех, но был среди них один, с которым ему прежде пересекаться не привелось.

Звали его Борис Верлинский. Насупленный, похожий на сыча, отрешенный от окружающей действительности – таким он представал на немногочисленных фотографиях в спортивной периодике.

Коренной одессит, он после революции переехал в Москву, но ввиду крайней болезненности много времени проводил в лечебницах.

С ним вышла неловкая история. Это было восьмого числа, накануне открытия турнира. Вадим подъехал к «Метрополю» на велосипеде. У входа, как обычно, табунились кинематографисты – снимали сцену. Стрекотала камера, покрикивал режиссер. А невдалеке, лицом к стене, стоял кто-то – в вытертом полушубке, без головного убора – как соляной столп и не двигался.

Живой ли? Вадим, катя велосипед рядом, подошел, окликнул. В ответ – ни звука, ни движения. Тогда он дернул незнакомца за плечо.

– Эй, друг! Ты меня слышишь?

Тот заторможенно обернулся. Вадим всмотрелся в сонное, словно закаменевшее лицо.

– Простите… Вы Борис Маркович?

– Я… – Голос донесся как будто из подземелья, глухой и утробный. – Вер…линский… А вы?

– А я – корреспондент «Шахматного листка». Арсеньев. Будем знакомы?

Верлинский слабо пожал протянутую руку. Смотрел он не в глаза Вадиму, а, что называется, в рот.

Это коробило, но не делать же замечаний вице-чемпиону Москвы, который на днях будет играть с сильнейшими мира сего!

– Борис Маркович, что вы скажете о ваших соперниках? – Вадим сел на своего профессионального конька. – Как по-вашему, неучастие Алехина, Нимцовича и Мароци изрядно ослабило состав?

Верлинский помолчал, а затем с натугой выдавил:

– Мне… т…рудно… гов…ворить. Состав под…ходящий… другого… не надо.

«Глухой! – осенило Вадима.

 – Читает по губам и говорит, не слыша самого себя… А я к нему с вопросами!»

Он повинился, закруглил интервью и, гремя велосипедом, вкатился в гостиницу. Там, найдя укромный закуток, Вадим черкнул в блокноте: «Верлинский – ???» Непростой он, этот Борис Маркович, надо бы о нем разузнать побольше. Да и об остальных участниках турнира тоже. Что с того, что они признанные мастера? Неблагополучный элемент может затесаться даже среди великих.