Песня стихий

Екатерина не стала допытывать расспросами, хотя поняла: дочка что-то недоговаривает. Сделав короткий глоток, она сказала:

– Ладно, тогда я спать.

Переваливаясь с ноги на ногу, будто хромая лошадь, мама направилась обратно в кровать.

– Э-гм, – проводила её взглядом Рита, прикусывая краешек стакана.

– И ты постарайся уснуть, – бросила Екатерина, выходя из кухни.

Последовав материнскому совету, Рита устроилась поудобнее в кресле и затаилась. Луч солнца прокрался в открытые двери террасы и, бесшумно окутав девушку, стал убаюкивать теплом.

Маргарита и не заметила, что через пару минут веки сомкнулись под сонной пеленой, и она задремала. Мысли бессвязно бродили, оживляя совершенно безумные и нереальные видения. Тепло и уют напоминали девушке о беззаботном детстве, которое она провела в деревне. Незабываемая пора, в которую можно вернуться лишь через воспоминания. Все эти размышления слишком глубоко погрузили её в безмятежность. Находясь между сном и явью, она услышала тихий звук.

Рита не была уверена, что это происходит на самом деле, скорее всего, просто часть сновидения. Когда она откроет глаза, всё прекратится. Звук начинал раздаваться в ушах всё громче и громче, но Рита продолжала посапывать. Позже она почувствовала, как что-то начало её щекотать за мизинец на правой ноге. Не выдержав этой щекотки, с большой неохотой она всё же открыла глаза. Трудно было определить, откуда исходит звук, но, сориентировавшись, она поняла, что жужжание доносится из-под неё.

Приподнявшись, Рита обыскала подушку кресла. Причиной монотонного звука оказался отцовский телефон, потерянный вчера после ужина. На экране светилась надпись: «Кафедра. Входящий звонок».

Её охватила сильное желание разбить жужжащую коробочку. Но раздавшийся за спиной голос отца остановил этот гневный порыв.

– Ты нашла его! – пропел с облегчением он, завязывая клетчатый галстук. – Спасибо, дорогая!

– Представь себе, – не скрывая недовольство, сказала Рита.

– А чего ты злишься? – гадал Михаил и тут же натянул, как показалось дочери, ехидную улыбочку.

Уставившись на отца, дочка сжала руки в кулаки и сердито выдавила:

– Я не могла нормально уснуть уже четвёртую ночь. И когда мне представился такой шанс, твоя пискляво вибрирующая коробка отняла его у меня!

– Прости, – обняв её, пытался загладить вину отец. – Я же не нарочно оставил его здесь, просто потерял, – объяснял он.