Песня стихий

 – Неужели не помнишь, как ты заботилась о нас?

– Я думала, что это была лишь моя фантазия. Чего только дети не выдумывают, – объяснила Рита.

– А всё твоя мама и злыдни-тётки, это они…

– РЫК! – остановили его Люси и Фарни. Львёнок недовольно фыркнул, будто чихнул, и замолчал.

Рита не удивилась его словам. Она и без него знала, что именно родственники причастны к случившемуся. Тяжело выдохнув, Марго присела на пол и пододвинулась немного ближе к старым друзьям. Каждый день становился безумней предыдущего.

Всё могло быть намного проще, если бы не эти тайны. Рита никогда не хранила секреты от родителей, всегда была честна и думала, что они тоже, но теперь она убеждалась всё больше, что в семье царила не такая уж идиллия.

– Н-да, не так мы представляли нашу встречу после долгой разлуки, – расстроилась черепашка Рори. – Думали, ты будешь рада, а ты даже нас толком и не помнишь.

– А почему вы не пришли ко мне? – завелась Марго.

– Мы хотели, вот только…

– Только что? – перебила она медведя.

Все четверо замолчали, а в поникших взглядах читалось сожаление. Сожаление о том, что они не могут раскрыть всю правду. Не выдержав, львёнок завопил и протараторил:

– Нам запретили! Твоя тётка Виктория!

– Вот болтун! – дёрнула его за ус черепашка.

– А ещё царь зверей, – с осуждением взглянула на него Люси.

– Прекратите! – прервала общее недовольство Рита.

Троице в момент стало стыдно от этих слов. Они тоже хотели всё рассказать, но уж очень боялись Викторию.

– Она грозилась нас выкинуть. Если мы оставим эту штуку без присмотра.

Маргарита взглянула в ту сторону, куда указывала лапа медведя, и увидела сундук, стоявший в углу чердака. В нём мама хранила то, что называла прошлой жизнью. Старые письма, фотоальбомы и кучу разных бесполезных вещей.

Рита аккуратно сняла с крышки сундука коробки и скинула пыльное покрывало. Тогда она не придавала значения словам матери. Сейчас же рассчитывала разузнать всё сама. Ходить в неведении больше не хотелось.

Старинный сундук оказался закрыт на большой амбарный замок. Тихо открыть его можно было только с помощью ключа. Попытка взлома наделает много шума, и тогда тётка пулей примчится наверх. Разбираться она не будет. В лучшем случае накричит за неподчинение.