Принцип суперпозиции

Все-таки этот вечер был особенным и больше располагал к спокойному, обстоятельному разбору прошлой жизни с ее надеждами и устремлениями, настраивал на серьезные размышления о завтрашнем дне, о будущем его и Дорис.

Он словно изнутри ощущал ее взгляд, струящийся теплом и светом, легкий, как прикосновение ветерка, и спрашивал себя: «Откуда берется сила ее чарующих глаз?.. В чем смысл ее красоты?..» И тут же опять возвращался к разговору с Джо, пытаясь ответить самому себе на главный вопрос… Впрочем, какое ему дело до того, что происходит в мире! Лишь бы не было войны! Но тут не ему решать.

Поэтому важней другое: отыскать в жизни свое место, оградить себя от ударов и случайностей, создать свой островок, отделиться, отсечь всё то, что не имеет к ним прямого отношения, спрятаться в воздвигнутой крепости, закрыв глаза на все противоречия Подлунной… Только он и она! Вот в чем смысл его программы…

– Стефан, ты чем-то опечален? – пробился сквозь шум голос Дорис. – Сегодня не хотелось бы засиживаться. Тебе с утра в аэропорт.

И у меня немало дел.

Он не возражал. Более того, сам подумывал, как бы поскорей выбраться из душного прокуренного помещения, но не решался об этом сказать, боясь обидеть Дорис.

11

Небольшой городок Гартенберг приютился в укромном уголке на берегу вырвавшейся из горных теснин Колд-Маунт-Ривер. Отсюда, с равнины, открывался прекрасный вид на древние кряжи массива Охонгас.

Комиссия, возглавляемая Мелвином Хесли, прибыла в Гартенберг затемно. Тэйлор подготовил для экспертов вертолет, но из-за непогоды вылет пришлось задержать.

«Объект» со всей относящейся к нему информацией спешно засекретили.

Телефоны экспертов оказались разряженными – то ли из-за радиации, то ли из-за остаточного поля «Объекта», но Мелвину по армейским каналам удалось связаться с полковником Рейдером и рассказать о своих затруднениях. Рейдер предложил усилить группу.

Мелвин отказался и, наверное, был прав. В ближайшие часы повторный осмотр «Объекта» вряд ли удастся осуществить, а лишние люди только внесут сумятицу и неразбериху.

И всё было бы хорошо, если б не одно происшествие, как ножом полоснувшее напоследок по нервам. В нем почудился еще один дразнящий оклик «Объекта», столь странным образом докатившийся с размытого туманом хребта. Жуткая, отвратительная картина… Перед посадкой в вертолет невдалеке вдруг раздался бессвязный вопль. Из крайней палатки выскочил растрепанный человек и стремглав помчался в сторону леса.