Планы бытия. Рассказы

Быстро двигается, уверенно и деловито. Волосы русые, фигуру тщательно скрывало монашеское одеяние, но по меняющимся очертаниям Софрон хорошо её представлял. Кожа светлая, но не слишком. Носик с немного излишней округлостью на кончике. Ладошки узкие, пальчики тонкие, ими ей и приходилось трогать грязные жирные волосатые мужские задницы.

Софрон услышал, что фиолетовую сегодня ударил пьяный пациент, и поэтому она захотела сорваться на ком-нибудь. Но это ничего не меняло – животная сущность всегда несёт в себе что-то сексуальное.

Однако потом кто-то из мужиков, увидевших это, усмехнулся, прокомментировав унижение жертвы.

В голове у Софрона помутнело, время словно замедлилось, стало тепло внутри, но холодно снаружи, всё затряслось, склянки в процедурной попадали и разбились. Уборщица в другом конце коридора поскользнулась на луже и ударилась головой о кафель, сломав швабру. Кто-то закрыл уши, кого-то вырвало сквозь ладонь, которой он прикрывал рот. Всё это время, куда бы ни смотрел Софрон, видел лишь движущиеся тени.

Теперь это были уже не полумеханические змеи из звеньев без глаз. Они столь быстро менялись формами и были столь прозрачны, что С. не успевал ни на чём сосредоточить взор. Он захотел остановить всё и всмотрелся в непонятный ему предмет в стене. Буквально через пару секунд мужик рядом с ним начал снижаться, теряя сознание, и лёг на ближайшую скамейку.

Софрону стало душно, и он пошёл в другой конец коридора, – туда, где упала уборщица. Он не понимал, почему и здесь нужно территориально ограничивать мужчин от женщин.

Когда он почти дошёл до конца, увидел, что бедная уборщица с выраженной полнотой, которой, вполне возможно, скоро помирать от холестерина, и которая бы ни за что не согласилась на такое по своей воле, пытается вымыть лужицу собственной крови. Она разодрала руку обломком швабры.

– Господи, Вам помочь? – выскочило из могучей груди Софрона, а у самого чуть слёзы не потекли.

– Сама справлюсь! – отрезала тётка.

«Ну ладно, значит сильная» – подумал С.

и пошёл обратно. Но затем вернулся и спросил с ангельской улыбкой:

– А купаться здесь можно?

– Да, только здесь и можно. – Она так ответила, словно уже забыла, что у неё течёт кровь.

– И как водичка? Ласкает?

Тут боярыня-клуша так на него посмотрела, словно съесть его захотела, но перед этим попытать:

– Хорошая.

Полминуты они стояли и смотрели друг другу в глаза. Ни тому, ни другой не приходило в голову, что надо что-то делать.