Синдикат ликвидаторов

– С тобой приятно иметь дело, дорогой, даже не торгуешься, а мог бы, – усмехнулся Мертаг, пряча в бардачок доллары. – Может, тебе ещё чего нужно, скажи, достанем.

– Нет, это всё.

Сергей вышел из машины и, смешавшись с толпой, нырнул в подворотню. Походив ещё с полчаса и не обнаружив слежки, Сергей сел в автобус и уехал на правый берег, в центр.

***

Сергей листал купленную базу и отмечал карандашом фамилии одиноких, примерно одного с ним возраста пациентов, которых в итоге набралось двенадцать человек.

Из этих двенадцати хотя бы отдаленно похожими на него были трое. А из троих самым безнадежным больным был один – Смирнов Алексей Илларионович. Из истории болезни явствовало, что тараканы у Алексея Илларионовича в голове водились ещё те.

***

Копия истории болезни Алексея Илларионовича Смирнова была из находящейся в Искитиме частной клиники гипертермии, которой руководил академик Сумернев. Разработанная академиком Сумерневым методика позволяла нагревать пациента под общим наркозом в специальной ванне до температуры примерно сорок шесть градусов, что гарантировало блокировку появления метастаз и при регулярных процедурах продляло жизнь пациентов на десятилетия.

Смирнов продал свою квартиру в столице и перебрался в Новосибирск, чтобы быть поближе к клинике и не пропускать положенные процедуры.

И все было бы хорошо, если бы любитель горного туризма пациент Алексей Илларионович Смирнов, уйдя однажды в горы, не почувствовал себя лучше и на время не прекратил посещение процедур.

В результате состояние пациента стало критическим, и теперь ему оставалось жить месяц, от силы полтора. Адрес пациента прилагался, и Сергей поехал знакомиться.

***

На звонок дверь открыл жизнерадостный человек с искринкой в глазах и, не спрашивая, что от него нужно незнакомому ему человеку, сразу же повёл Сергея на кухню.

– Проходи. Проходи, присаживайся и давай пить чай.

– Здравствуйте, Алексей Илларионович, я… – сделал попытку Сергей объяснить цель своего визита.

– Сначала чай с пирогом, который я сам приготовил только что. Как знал. А потом разговоры, знакомство и все остальное, – перебил его Алексей Илларионович.

Сергей даже засомневался, а туда ли он зашёл?

– Я в последнее время всегда такой гостеприимный, – словно прочитал его мысли Алексей Илларионович. – Да только не ходит ко мне никто. Вот ты первый и попался. А мне, знаешь, выговориться нужно позарез. Можно сказать, исповедаться, душу излить, а некому.