Синдикат ликвидаторов

«Умер, поди, Смирнов где-нибудь в глуши с мешком денег, как Черепанов», – подумал Волков.

И тут за дверью раздался голос.

–Кто?

Волков достал удостоверение и раскрыв его, поднёс к дверному глазку.

– Оперуполномоченный капитан Волков, – представился капитан и добавил: – Уголовный розыск.

За дверью затихли, и только минут через пять дверь приоткрылась, и в дверном проеме в домашнем халате и тапочках показался Сергей Фёдорович Матвеев собственной персоной.

– Вам кого? – вежливо поинтересовался Матвеев.

– Матвеев! – вскрикнул Волков. – Мать твою! Я за тобой пол мира проехал. А ты мне: «Вам кого?» Тебя, родной, кого же ещё то? – хлопнул по плечу Матвеева капитан. Ну что, так и будем на пороге стоять или всё же в квартиру пройдём?

По лестнице с верхнего этажа к мусоропроводу спускалась какая-то женщина.

– Доброе утро, Алексей Илларионович, – поздоровалась женщина с Матвеевым.

– Доброго утра, Васса Ивановна, – ответил ей Матвеев и уставился на Волкова.

Волков снова достал удостоверение и сунул его поднос Матвееву.

– Кыргыт? – удивился Матвеев. – Это где?

– Хорош дурить, Матвеев, – начинал заводиться Волков. – Или у тебя от шальных денег память отшибло?

– Послушайте, капитан. Во-первых, перестаньте мне тыкать, а во-вторых, нет здесь никакого Матвеева. Это моя квартира, и я купил её на законных основаниях, – заявил Матвеев.

– Васса Ивановна, – позвал поднимавшуюся по лестнице уже с пустым ведром женщину Матвеев.

– Нет, – поставила на пол ведро Васса Ивановна и принялась объяснять, кто в какой квартире живёт. – Вон там Прохоровы, а вот тут живут Черемисовы, а на этаже выше…

– Спасибо, Васса Ивановна, – перебил её Волков. – Могу я взглянуть на ваш паспорт? – обратился он к Матвееву.

–Да, пожалуйста, – ответил Матвеев и вернулся в квартиру, а через минуту показал Волкову паспорт на имя Смирнова Алексея Илларионовича.

Волков не верил своим глазам. Паспорт, судя по всему, был не липовый, но с фотографии на него смотрел Матвеев.

Глава 3

Серёга Матвеев

Серега до позднего вечера бродил по Новосибирску, совершенно не зная, куда себя девать. Последние несколько недель давили на него, словно многотонный пресс, и только завалившись в тёплую ванну, он наконец-то почувствовал, что напряжение потихоньку куда-то уходит.