На пороге бессмертия

Могила такие слухи не поддерживал, но и не опровергал, считая что уж раз ему приходится жить с волками, пусть они его опасаются.

За полгода, что Могила провёл на зоне, слухи о его крутости, доходили и до ушей Чилингарова.

Рассказ Могилы о мести за свою жену, попал на благодатную почву и заинтересовал Самореза. Как тут говорят, Могила попал в цвет.

Понемногу, Саморез всё ближе подпускал Могилу к себе и вскоре, они образовали свой круг, вход в который, посторонним был невозможен.

Могила в красках поведал Саморезу историю из-за которой, он и получил свой срок: «Однажды вечером, он, как обычно, выкопал очередную проплаченную родственниками покойного могилу и уселся на выброшенную из ямы землю, перекурить.

В это время, как на грех, мимо проходили трое молодых придурков которые попросили у него сигарету. Сигарет Могиле было не жалко, если б они у него были. Но он только что, выбросил пустую пачку, о чем и сказал этим полудуркам.

Ответ измазанного в сырой земле, с недельной щетиной мужика, парней не удовлетворил и они решили его обшманать.

– Тебе чё, сигарет что ли жалко? Вон у тебя пачка из кармана торчит, я же видел, как ты её туда засунул, – подошёл к нему один из парней, самый здоровый.

Парень не церемонясь залез к Могиле в карман и вытащил из него несколько смятых купюр.

– Во, пацаны, гляньте как у нас землекопы живут! – поднял парень вверх руку демонстрируя своим друзьям находку в чужом кармане.

А дальше, всем присутствующим стало уже не до стёба, им стало по-настоящему страшно.

Отточенная до почти бритвенной остроты штыковая лопата мелькнула в воздухе и словно горячим ножом сливочное масло, отсекла парню поднятую вверх руку.

Всё произошло на столько стремительно, что парень ещё некоторое время стоял и с идиотской улыбкой, пялился на упавшую ему под ноги, отсечённую по локтю руку с крепко зажатыми в ней, купюрами.

Лопата мелькнула ещё раз и из рассеченного живота парня, вывалились дымящиеся кишки.

Скорая помощь вызванная его перепуганными друзьями, приехала очень быстро и жизнь парню удалось спасти, но инвалидом он всё-таки остался. А Могила получил за своё злодейство, десять лет колонии и в тысяча девятьсот девяносто восьмом году оказался там, где сейчас и находился.»

– Вот так я и сменил чистый кладбищенский воздух, на душную камеру в СИЗо, – закончил свой рассказ Могила.

– Ну что, я всё о себе, да о себе.