Дерни смерть за саван

И выказал намерение сходить в город за продуктами.

– Это самый надежный способ. Не отравили же они все продукты в лавках!

Он запасся деньгами, нацепил вместительный армейский ранец, встал на уже обкатанные утром инлайн-ролики и, как вихрь, понесся к центру города.

Не проехал и полверсты, как увидел выползающего из придорожной канавы мужика в замызганном фартуке и с запекшимся на лбу кровавым пятном. Притормозил. Готовый к любым каверзам, вынул из кармана «Дрейзе». Мужик взмолился о пощаде, назвался зеленщиком Хавьером Карнеро и сказал, что ехал к сеньоре Рамирес, но был избит и ограблен.

– Я ехал по дороге, – начал Карнеро, трогая разбитый лоб, – меня остановил бродяга в лохмотьях и с котомкой за плечами. На глазу у него была повязка…

– На левом?

– Да… кажется, на левом. Он попросил милостыню, а я всегда подаю бедным. Я полез в карман за монетой, но он вдруг ударил меня вот сюда… и на руке у него было что-то твердое, по-моему, кастет… Очнулся я уже во рву.

Максимов довел злосчастного зеленщика до его лавчонки, помог промыть рану. А вскоре туда же приволокся и мул с тележкой, брошенный одноглазым грабителем за ненадобностью. Товар был почти не тронут, за исключением той мелочи, которую мошенник продал Кончите. Максимов не поленился и спросил зеленщика, не присылали ли ему яблок из Сеуты. Тот ответил, что знакомых в Африке у него нет и весь товар он получает от окрестных селян, людей проверенных и добропорядочных.

– Яснее ясного: этот одноглазый заранее заготовил отравленные яблоки и сменную одежду, они у него лежали в котомке, – рассуждал Максимов, вернувшись домой с полным ранцем снеди. – Он знал, по каким дням зеленщик наведывается к Кончите, устроил засаду, забрал у него тележку… далее известно.

Анита отложила сочинение Руссо и помассировала затекшие предплечья.

– Похоже, наши недруги усталости не знают. Не получилось взять нас приступом, и они сменили тактику.

– Как знать… Но уже смеркается, пойду еще разок осмотрю редуты.

Отлежавшись, Кончита почувствовала себя гораздо лучше, самостоятельно дошла до гостиной, где Вероника накрыла для всех легкий ужин. Анита выдохнула с облегчением, видя, что смерть, лишь едва задев сестру черным опахалом, убралась прочь. Максимов трапезничал позже остальных, так как задержался – собственноручно запер дверь и окна.