Волчьи ворота

 – Я бы тебя с радостью отпустил, но ты же немедленно расскажешь родителям, что тебя кто-то обижает.

Самсон тупо смотрел перед собой.

– Как думаете, парни? – Макс запрокинул голову, обращаясь ко всем, кроме Самсона.

– Да он над нами насмехается! – выкрикнул Черный.

– За это его надо вздуть! – пролаял Юрец.

– Поддерживаю! – загоготал Георгий.

На всякий случай Самсон вжал голову в плечи и прикрыл левый глаз. Ожидая, что очередной удар свалит его с ног, он заранее отклонился в правую сторону.

– Он опять хочет сбежать, Макс! – завизжал Георгий и перекрыл Самсону путь к двухметровой стене кустов ежевики.

Старший брат пропустил его слова мимо ушей.

– Какие будут предложения? – вопросил он, обращаясь к Агаряну и Набокову. – Этот парень серьезно провинился, и нам надо наказать его заранее за то, что по приходу домой он пожалуется на нас родителям.

– Предлагаю облить его бензином и подпалить, – подкинул идею Юрец.

– У тебя есть бензин? – верхняя губа Макса дрогнула, перекосив левую часть лица.

– Нет.

– Я видел тачку у магазина, – вспомнил Георгий. – Можно слить…

– Заткнись! – прорычал старший брат. – Я у тебя ничего не спрашивал!

Георгий притих, но желание поучаствовать в беседе только разгорелось. Самсон определил это по его повадке ковырять землю носком туфли.

– Черный, ты что скажешь?

– Я бы привязал его к рельсам и подождал поезд, – сказал Агарян, и это окончательно вывело Бочарова из себя.

– Хреновы дебилы! – взревел Макс. – Что с вами такое?! Вам вчерашняя попойка мозги отшибла?!

Юрец и Черный ретировались каждый в свою сторону. Георгий спрятался за Самсона.

– Один предлагает поджечь, другой – бросить под поезд! Черт побери! Мы же не маньяки!

Он сцепил кулаки, что заставило всех ребят сделать еще по шагу назад. Вокруг Макса образовался полукруг. Ни Агарян, ни Юрец идей больше не подкидывали и ждали, что предложит сам лидер.

– Поди сюда, Малой!

Георгий подскочил к брату.

– Даю слово: если предложишь какую-нибудь глупость, я не посмотрю, что ты мой брат. Черный привяжет тебя к рельсам, Юрец подожжет, а я спою песенку под стук колес, и мы весело попрощаемся.

Георгий затряс головой и нашептал Максу на ухо нечто такое, что тот воспринял с еле заметным ликованием.