Добро пожаловать в Абрау!

Одной рукой он прихватил ее за попу, другой – за поясницу. Елена Николаевна почувствовала толчок, после которого Кочкин оступился, а она понеслась вверх, как на лифте.

– Григорий Ильич, – произнесла она, – не делайте так больше и смотрите себе под ноги.

Кочкин сотворил непричастную гримасу, и эпизод был исчерпан.

От бесконечных ступенек у Елены Николаевны закружилась голова. Ей уже мерещилось, что они идут по прямой, только эта прямая почему-то все время уходит влево. Грибок на стенах поменял цвет с темно-зеленого на бледно-розовый.

– Господи! Наконец-то, – выдохнула Елена Николаевна, и в тот же миг по подземелью пронесся вихрь.

Что-то ожило в ее сердце. Все фонари разом мигнули.

Кочкин застопорился, не добрав двух ступенек до конца лестницы.

– Что за черт? – спросил он, наблюдая, как залихорадил его фонарь.

– Григорий Ильич, где Леонид?

– Не знаю, – ответил Кочкин.

Он похлопал фонарь. Яркий свет вернулся.

– Был там. – Он повел лучом до поворота стены. – Наверное, отстал немного. Старый уже.

– Вы не могли бы спуститься за ним и…

– Конечно, мог бы, но лучше нам всем немного передохнуть и подождать, пока он поднимется сам.

Кочкин сел на ступеньку. Его рабочий комбинезон покрылся темными пятнами, по вискам тек пот, волосы стояли дыбом. Но, при всей усталости, начальник смены сохранял бодрость: как подозревала Елена Николаевна, если ему дать команду бежать, он вскочит и побежит.

– Нам стоит поторопиться, – предупредил Попов. – Солнце скоро сядет.

– Максим, – осведомилась она, – откуда ты знаешь эти тоннели?

– Я их не знаю, – медленно, но уверенно ответил худощавый мужчина.

– Тогда откуда ты знаешь, куда нам идти?

– Это же просто, – когда он говорил, ни один мускул не содрогался на его лице. Весь Попов отмирал как клетка, и только его рот продолжал лепетать слабым голосом.

Елена Николаевна призадумалась и поняла ход его мыслей. Куда же им еще идти, если не вперед?

– Но здесь развилка. Куда мы должны идти?

– Туда. – Попов указал на путь, круто уводящий вверх.

Этот проход был узким, но чистым. В нем не было деревянных перекрытий, не висела паутина и не собиралась столетняя пыль. Если бы Елене Николаевне предложили выбор, она бы незамедлительно выбрала именно дорогу вверх.