Львиная западня

Нервно теребя рукав пиджака, Виктор Василич то и дело оглядывался на следователя, который, сверившись со своим блокнотом, остановился перед Громовым.

– Господин Громов, вы следующий. Спрошу сразу – вы ничего не хотите мне рассказать? – тихо и вкрадчиво проговорил Зельницкий. – Может, хотите в чем-нибудь признаться, время нам сэкономите?

– Мне не в чем признаваться, – отозвался Игорь. Следователь прищурился.

– В таком случае, пройдемте, побеседуем. И я очень надеюсь, что у вас есть неопровержимое алиби, потому что пока картина для вас складывается неутешительная.

Обратно на манеж следователь не пошел, свернув в сторону директорского кабинета. Виктор Василич проводил их до самой двери и спешно ушел в сторону выхода, на ходу вынимая сигареты. Игорь молча прошел за Зельницким и оглянулся у самых дверей, словно вдруг все же на что-то решился, и подозвал дядю Мишу.

– Позвоните Гене, пусть подойдет.

– Так поздно уже!

– Он на работе до полуночи сидит, должен быть еще.

Михаил кивнул, и Игорь скрылся в кабинете. Тихо сидевшая на своем месте Лера смотрела на них круглыми глазами.

А Гена это еще кто? И почему картина для Громова неутешительная?

Вспомнилась бодрая милая девушка, что рассказывала ей про директора и смеялась над его нелепым поведением. Сейчас эта самая девушка лежала в черном пакете в машине на пути в морг, а Зельницкий старательно делал вид, что все в порядке, и так все и должно быть.

Полчаса спустя где-то вдалеке хлопнула дверь, из-за угла выскочил мужчина в рубашке и светлых брюках, промчался по коридору и пулей влетел в директорский кабинет, захлопнув за собой дверь.

Лера незаметно оглядела скучающих артистов, но никто не повел и ухом.

Не привиделось же…

Спустя еще полчаса двери кабинета открылись, и злой, как собака, Игорь вышел оттуда прочь, подгоняемый сзади тем самым мужчиной. Зельницкий тоже вышел недовольный, косо поглядывая на незнакомца.

– Попрошу вас из города никуда не уезжать.

– У нас через месяц фестиваль в Москве, – сообщил Игорь.

– Не уезжать, – повторил Егор Ильич. – Не забывайте, что я имею все основания вас арестовать.

– Вот когда у вас будут доказательства повесомее, чем обыкновенные слухи, вот тогда я весь ваш! – огрызнулся Игорь.

Гена в рубашке, напротив, вежливо кивнул, пожал руку следователю, напоследок что-то назидательно втолковал Громову и ушел, не попрощавшись.