Аничкина иколе. Приключения Руднева

Однако, вы можете быть уверены, что хранить секреты как государственные, так и частные, мы умеем в должной мере.

Ярцев помолчал, раздражённо барабаня пальцами по столу, а после лицо его смягчилось, и он рассмеялся неожиданно задорным и молодым смехом.

– Мне говорили, Дмитрий Николаевич, что вы весьма самоуверенный тип. Впрочем, людям умным дОлжно быть самоуверенными. Это помогает снижать общий градус общечеловеческой глупости, – заявил Ярцев и снова посерьёзнел. – Что ж, я рассчитываю на ваше благородство, господа… И на ваше благоразумие.

Он сделал выразительную паузу, чтобы смысл его намёка однозначно дошёл до собеседников.

– Мы знаем, с кем имеем дело, – ответил Руднев.

– В таком случае, мы друг друга поняли, – резюмировал Ярцев. – Итак, я пригласил вас, господа, в связи с исчезновением этого ребенка.

Алексей Петрович протянул Рудневу фотографию девочки-подростка в форменном платьице и белом фартучке. Черты лица девочки были очевидно иноземными, несколько резкими и жесткими.

– Кто она? – спросил Дмитрий Николаевич, передавая фотографию Белецкому.

– Стефка Карагеоргиевич, дочь сербского короля Петра Карагеоргиевича. Она пропала из пансиона Святой Анны. Её исчезновение пока удается держать в тайне, но если история всплывёт, это может подхлестнуть волнения на Балканах. Сербы устроят очередной демарш против Вены, потребуют поддержки от Петербурга. Россия столкнется лбами с Австрией, а вслед за тем и с Германией, и наша страна окажется на пороге войны.

Ярцев произнес всё это ровно, на одном дыхание, словно пересказал либретто модной оперы, и далее смолк, удовлетворённо наблюдая оторопелое выражение на лицах своих собеседников.

– Вы готовы помочь остановить войну, господа? – спросил он с пафосом.

Руднев некоторое время молчал, а потом тихо, но очень внятно ответил:

– Мы готовы помочь спасти ребёнка.

Глава 3

Ярцев изложил суть дела чётко и ясно.

Стефка Карагеоргиевич вместе со своими старшими братьями Георгием и Александром учились в Петербурге по приглашению Николая II, пока её отец в европейском изгнании сперва вынашивал планы свержения династии Обреновичей, а после, благодаря офицерскому бунту, смог наконец-то занять трон, от которого ещё ранее отрекся дед Стефки.