Аномальный бардак

– Нельзя, – торопливо схватила меня за запястье Таня, как только я потянулся к сахару.

Руки мы протянули с одинаковой скоростью, но для нее это был молниеносный рывок.

– Я, конечно, все понимаю, но зажать сахар – это уже чересчур мелочно.

– Не в этом дело. Я расстроена после вчерашнего, это правда, но только не трогай сахар. Это не просто сахар. Он лекарственный.

– Понятно… – задумчиво пробубнил я и отступил. – Странно как. До чего медицина дошла…

– Это еще ничего. В детстве папа дробил какие-то фиолетовые камушки и тер их в ступке с травами.

Возьмем на заметку, что ее родители увлекались альтернативной медициной. Лет пять назад я бы точно самодовольно прокомментировал темноту этих людей, но с тех пор обзавелся не только тактом, но и опытом. Этот опыт говорил, что такие странности не всегда лишены практического смысла. Но о болезни я все же решил не спрашивать.

С другой стороны, никаких иных тем в голову не приходило. Как бы я ни хотел игнорировать причину визита, разговор, по сути, был лучше давящей тишины.

– Хотелось бы прояснить для начала… – нерешительно заговорил я. – Вчера ты пригласила меня домой, чтобы… провести ночь вместе?

В наших беседах до этого ни разу не всплывала такая деликатная тема, потому я не знал ее степень терпимости к пошлостям и эвфемизмам.

– Разумеется. Раз уж ты сам решил об этом поговорить, то я спрошу. Почему это ты сбежал, пока я была в душе? Я хорошая подруга, потому пойму, даже если это что-то связанное со здоровьем, например. Не стесняйся, объясни честно.

Что-то мне подсказывало, что для нее приемлемым оправданием будет исключительно форс-мажор. Тревога, однако, смешалась с облегчением, ведь она все еще считала нас друзьями.

– Я решил, что ты пьяна, а потому за себя не отвечаешь.

– Интересно, с чего бы это, – хмыкнула Таня. – Я выпила только стакан вина.

– Ну а как мне еще объяснить то, что ты вдруг ни с того ни с сего решила превратить наши отношения в половые? Было пропущено множество важных шагов! Мы даже не встречаемся.

– Старомодно… – самодовольно протянула она, словно какой-то вестник прогресса.

– Это нынче норма?!

– Сама не знаю, но молодежь всегда развратна.