Нейтральной полосы нет

За «уважаемый родной город» он на Пашку обиделся и не счел нужным скрывать обиду. Наверно, это было непедагогично.

– И куда же направишь ты свои уважаемые стопы?

Пашка усмехнулся снисходительно. Взгляд его оторвался от «вельвет».

– У меня уже несколько маршрутов разработано. У меня и туристский путеводитель, и карты есть. Пока отечественные. Я бы сначала попутешествовал, а потом в круиз. Вообще-то путевка… – При слове «круиз» его маленькие глазки засветились. – Хотя нет. Все-таки путевка сильнее того…

– Паша, сколько тебе лет? – спросил Никита для верности.

Что-то близко-близко ему засветило, и он насторожился, боясь упустить ниточку, потерять мелькнувшую искру. – … Ну, так ты же должен понять, что до шестнадцати ни в какой круиз без матери не можешь. А матери вроде еще не до круизов.

– Пока до круизов я бы съездил на море поглядел, – трезво начал излагать свои соображения Пашка. – Я ведь моря не видал. И ни одного корабля. Да и не я один не видал.

– А кто еще не видал?

– Толя Кусков, Валера Дольников тоже не видали.

«Список точный». Ничего определенного еще не было в руках, но уверенности прибавилось.

– Если по-честному, Павлик, так и я еще моря не видал, – сказал и не соврал Никита.

Это Пашку удивило. Он посмотрел на Никиту с некоторым сомнением, перешедшим в неодобрение. В его представлении участковый инспектор, лейтенант милиции, был, очевидно, столь неординарным, что не повидать моря и корабли мог только в силу собственного нежелания.

– Да знаешь, все как-то так получалось.

Отпуск я из-за хоккея старался брать зимой. Действительную служил на Севере. Там озер и болот много, а моря нет.

Пашка смотрел на него все еще испытующе, но Никита чувствовал, что с помощью хоккея оправдался.

– Море и корабли – моя мечта. Я буду только моряком, – тихо, непреклонно проговорил Пашка, глядя далеко сквозь стену, сквозь город.

– Это хорошая мечта, Паша. Но мечта должна быть прочной. Чтоб не порвалась, когда будешь жизнь к ней пришивать. Очень точно надо прикинуть маршрут к исполнению этой самой мечты…

Наблюдать за мальчиком было тем проще, что Пашка весь был сейчас на своем море, на кораблях, в лице его появилась та же отрешенность, с какой шагал по улице, не видя ни улицы, ни прохожих.

Только у детей бывает такая вера в реальность мечты. Да еще, наверно, у людей творческих. Для них мир вымысла тоже оказывается реальней окружающей жизни.

Однако ж последние фразы Никиты дошли до Щипакова, и по лицу его прошла тень.