Попал так попал

Влад не отрывал от нее взгляда, но прекрасно понимал, что теперь он безработный, и если тратить на такие вкусности деньги, то к вечеру ничего не останется. Как-то на ум резко пришли Владкины дети. Они для него были никто, а вот для той самой женщины, чье тело он занял, они были родными. Да и вообще как-то было неправильно все это, дети не должны работать, они не должны голодать, не должны прятаться от пьяного папаши и бояться его.

Влад покопался в импровизированном кошельке из носового платка, вытащил четвертушку копейки и протянул ее продавщице.

– Вот этот, – ткнул он в серый кирпич.

– За этот полушку, или половинку отрежу, – сказала она.

– Половинку, – кивнул он.

Женщина ловко махнула ножом и разрубила кирпичик пополам. Потом посмотрела на Владку, и нарезала половинку на несколько кусков. Он сгреб весь хлеб и пристроился рядом с пекарней. Ел он жадно, давясь, роняя редкие крошки. Продавщица вышла из пекарни и сунула ему в руки железную кружку с каким-то горячим напитком. Влад отхлебнул, немного обжегся, не понял сначала вкуса.

Смог съесть два куска, больше не лезло. Выпил весь напиток, гущу на дне вылил на дорогу и вернулся назад в пекарню, чтобы отдать кружку.

– Спасибо, – протянул продавщице кружку.

– На здоровье. Давай остатки хлеба заверну в бумагу, а то потеряешь. Дети есть?

– Есть.

– Им отнесешь, – она кинула на прилавок небольшой мешочек с сухарями.

– Спасибо, – слегка поклонился Влад.

Женщина завернула хлеб и сунула в мешок к сухарям.

– Может помочь чем? – спросил он у нее.

– Нет, сама справляюсь, – помотала головой продавщица.

В пекарню ввалился здоровенный бугай и стал хватать руками свежий хлеб, так что он сминался и лопался.

– Что ты делаешь, ирод? – пыталась отпихнуть его продавщица.

– Деньги давай, а то весь товар перепорчу, – мерзко засмеялся он.

– Не наторговала еще, – возмутилась она, – Видишь, народа пока нет.

– Давай, что есть, или просто давай, – заливался он, ощерив гнилые зубы.

Женщина с какой-то тоской и безысходностью кинула взгляд на Владку.

– О, бабенка какая у тебя странная стоит. Блаженная или нищенка? – переключился бугай на Владку.

– Не тронь ее, – вступилась продавщица.

– Да я чуть-чуть, легонько, – похабно облизнулся бугай и потянул руки к Владке.

– Не для такого крокодила, мама ягодку растила, – сказал Влад, и уронил бугая на пол пекарни.