Ведьма на двоих гадала

У некоторых мы вызывали смех, у других интерес, но не обратить внимания на нас не могли.

Большой зеленый Мокнорун привлек мое внимание в первый день учебы. Типичный представитель своей расы – крупное телосложение с хорошо развитой мускулатурой, специфические черты лица с глубоко посаженными глазами и почти плоским носом, заостренные уши и небольшие нижние клыки, торчащие поверх рта. Как и все орки он был довольно неповоротлив, но одним своим видом внушал трепет другим курсантам. Что заставило меня заговорить с ним в тот день? Наверное, чистый интерес.

Кто же знал, что под толстой зеленой кожей и горой мышц скрывается невероятно доброе и чуткое сердце, а душа великана ранима и чиста.

– Привет, – поприветствовала я друзей.

– О, Элизабет, ты вовремя, – улыбнулась гномиха Виола. – Мы обсуждаем пропажу свитка правды, и не повлияет ли это на проведение зимних соревнований.

Девушка, как и всегда, была улыбчива и приветлива. Иногда мне казалось, что я не встречала более открытого и милого существа.

Даже периодические косые взгляды курсантов ее не удручали, а ведь миниатюрная Виола резко выделялась на фоне других. Гномы чаще предпочитали жить своими общинами и сводили общение с другими расами к минимуму. А учеба в академиях была вообще редкостью, если не сказать – диковинностью.

– Жаль, если соревнования отменят, – вздохнул Мокнорун. При этом он так смешно поджал губы и свел брови домиком, что все мы не удержались от улыбок. Уж очень не вязалась брутальная внешность орка с его манерой говорить и выражать эмоции.

Алисса по-дружески погладила зеленого великана по плечу, заверяя, что такое важное событие непременно состоится и Мокнорун станет его свидетелем. Девушка была четвертой в нашей необычной компании. Всегда молчаливая и необычайно скромная, она с первых дней показывала себя отзывчивым и добрым другом.

– Что-то мистер Свон опаздывает, – заметила я, глядя на часы, ведь обычно наш преподаватель был пунктуален, чего требовал и от курсантов.

Не успела я закончить фразу, как дверь в аудиторию отварилась. Но вопреки ожиданиям, на пороге появился не наш старый преподаватель. Уверенной походкой в комнату вошел молодой мужчина лет тридцати. На нем был дорогой костюм, сшитый по последней моде, который не скрывал сногсшибательного телосложения незнакомца. Длинные темные волосы собраны в низкий хвост и перевязаны черной лентой, как это принято у столичных модников.