Время юных магов. Менестрель. Книга 1

А значит…

– Как-нибудь само, – тихий голос друга прозвучал как гром среди ясного неба.

Рита вернулась в реальность.

Они с Даней по-прежнему сидели на теплом мшистом валуне на верхушке Холма, корпуса земляных. А она, признаться, унеслась мечтами уже далеко-далеко от этого места.

Надо было спускаться – с небес грез на землю, где она, по сути дела, была званой лишь наполовину гостьей. Да и то потому, что у взрослых приключилось что-то экстраординарное.

– Что само? – вздохнула тогда девочка.

– Само узнается, что это за избушка поменьше, – Даня во второй раз странно посмотрел на спутницу.

 – А ты о чем подумала?

– Да так… – Рита незаметно перевела дух. – А что с той избушкой?

– Повторяю, – с нажимом произнес Даня, – само узнается, что это за избушка.

– Само, так само! – Рита пожала плечами: она уже поняла, что лишнего никто говорить не собирается.

– Ну вот и славно, – обрадовался Даня. – К тому же нам пора. Что-то мне подсказывает: совет уже близок к завершению.

Мальчик оказался прав, из Дерева вышли двое, волхв и отец Риты. Направились к тем самым избушкам в центре поляны.

– Поторапливаемся, – вскочил с валуна Даня.

Рита поднялась на почему-то разом ставшие ватными ноги. Усилием воли заставила себя сделать первый шаг. Следуя за другом, не то сбежала, не то скатилась с Холма.

– Нам в ту, которая левее? – спросила шепотом.

– Правее. Там рабочий кабинет Бориса Кирилловича. Да не дрейфь ты так! Поверь мне, ничего страшного не случится.

Друг припустил чуть ли не бегом.

Рита молча последовала за ним.

Глава 6,

в которой решается судьба Риты

– Итак, Рита… – Волхв Борилий потянулся было к трубке, лежащей на огромном дубовом столе. Но, взглянув на сидящую перед ним девочку, отдернул руку. – Рита…

Девочка затаила дыхание. Не умом – сердцем она понимала, что сейчас решается ее судьба. И что помощи ждать неоткуда. Даня и отец остались снаружи.

– Что будем делать, Рита?

На этот вопрос девочка не смогла ответить.

Как так, волхв, и не знает, что делать? Но потом, набравшись смелости, все-таки посмотрела в глаза этого несомненно очень сильного, и отнюдь не примитивно-физически, человека. И сквозь пелену своего страха заметила: у того был измученный вид. Да и глаза были блекло-голубого цвета.

«Наверно, он очень устал», – подумала вдруг Рита.

И внезапно решившись, отчетливо произнесла:

– Мне бы хотелось здесь жить и учиться. Очень.