Диахар

Я стояла и пыталась вспомнить, что же такое пропустила. Леший!

– Крылья, – ахнула, когда до меня дошло.

– Крылья, – передразнил лукавый. – Закон о запрете на полеты ты прочла? – я снова кивнула. – Так вот сейчас мы его нарушим.

Искуситель пустился в объяснения. В первый раз у молодого черта крылья появляются бесконтрольно. Единственное предупреждение новичка – зуд. После него вырастают крылья, и ты учишься ими управлять. В принципе ничего сложного нет – вопрос простой практики. Все это Иер объяснял весьма путанно и нервно, а по окончании своего монолога и вовсе сгреб меня в охапку и вынес на улицу.

Причину выноса меня на газон я поняла через пару секунд, когда почувствовала резкую боль в районе лопаток. За спиной появились два огромных иссиня-черных крыла. Видно мне их было плохо, но все же цвет и форма легко угадывались.

Из интереса я попыталась подвигать ими. Помучившись пару минут, сообразила, что действовать нужно, как с хвостом. Так что я смогла выставить крылья перед собой и вдоволь ими налюбоваться и даже пощупать.

Иер какое-то время наблюдал за мной, а потом молча раскрыл свои крылья. Я восхищенно ахнула. Свое оперение, которое я могла видеть не полностью, не впечатлило меня, а вот его… Я могла рассмотреть крылья черта во всем великолепии, что и сделала. У искусителя они были цвета безлунной ночи, большие, сильные. Он мог спокойно закрыть ими себя целиком и меня в придачу. И я не ошиблась, по форме они напоминали крылья черных лебедей.

Да, в доме это великолепие бы разнесло половину мебели и перебило всю посуду… Понятно, зачем он так стремительно меня выволок.

Когда я перестала ходить вокруг него кругами, охая и ахая попеременно, он спросил:

– Может, взлетим, раз уж раскрыли крылья?

– А закон о полетах? – я недоуменно на него посмотрела, все еще находясь под впечатлением.

– Не думаю, что Канцелярия будет против ознакомительного полета, – он пожал плечами.

– Я не умею.

– Просто пожелай этого, – и, не дав переварить услышанное, он резко обнял меня и взлетел.

Первым моим желанием было громко и эмоционально изложить Иеру все, что я думаю о его наглой персоне. Что я и сделала, когда он (непечатное) отпустил меня.

Через несколько секунд до меня дошло, что я не падаю, а вишу в небе, и я замолчала. В полете опять-таки следовало руководствоваться «принципом хвоста». Ничего сложного, главное не бояться.