Терновая ведьма. Изольда

Обожавшая сказки принцесса мигом представила себе непокорную красавицу на краю обрыва: волосы развеваются на ветру, глаза устремлены вдаль.

– Она отвечала взаимностью?

– Любить ветер – занятие, изматывающее сердце и душу, – вздохнула Лива. – Но она одаривала его вниманием. И для кудесников наступили благословенные времена: не нужно было беспокоиться о будущем, вычислять, какой из ветров вскорости пролетит мимо, звать его… Зефир целыми днями кружил крылья мельниц, обеспечивая краю воду, урожай, достаток…

Сытый волк устроился поближе к очагу и положил голову на лапы.

Но, несмотря на сонный вид, слушал внимательно, поглядывая на хозяйку дома из-под полуопущенных век.

– Но вот ветер стал прилетать все реже, занятый своими делами на другом краю света. И хотя юной заклинательнице стоило лишь шепнуть в темноту ночи несколько заветных слов, чтобы наутро ее друг явился, тревога поселилась в сердцах обитателей Небесного края.

«Что, если однажды, Зефир исчезнет? – роптали они. – Сколько мы протянем без ветра?»

Встревоженные люди не давали покоя старейшине общины, потому он приказал дочери сплести для Западного ветра оковы.

– Разве подобное возможно? – поразилась принцесса.

– Если знать нужные руны… – подтвердила Лива. – Из обид, печали и ночного холода выковала способная девушка цепочку для своего гостя, тонкую, как нить. Из вязкого утреннего тумана, смешанного со слезами, изготовила ошейник. И долго сомневалась, прежде чем позвать Зефира. Горько было упекать в плен любимого, но остаться одной – еще страшнее.

Ветер есть ветер: появится, крутанет крылья мельниц, принесет ожерелье или жемчуг из-за моря, а в следующее мгновение хохочет под облаками – не поймать.

С каждым словом история звучала все печальнее – на удачный исход Изольда теперь не надеялась.

– Кудесница пленила его? – Ответ был заранее ей известен.

– Да.

Уголек в печи зашипел и погас.

– Когда утром Зефир обнаружил оковы на своей шее, он пришел в бешенство: возлюбленная предала его. Но улететь юноша не мог: волшебная цепь, сотканная из обид, горя и слез, держала крепко.

В ярости Зефир поднял такой ураган, что снес с земли дома кудесников, разорил посевы. Он бушевал несколько месяцев, круша лопасти мельниц, сады, дворы без разбору. И вскоре стало ясно: жить в Небесном краю невозможно.

Заклинатели сами накликали на себя беду и сполна расплатились за содеянное. Собрав последние крупицы знаний, они ушли. А спустя какое-то время высохла река, питающая их землю.