Терновая ведьма. Изольда

Болотные огоньки вспыхивали и снова гасли, по черной воде бежала рябь.

– Найдем поляну посуше, чтобы заночевать, а завтра первым делом выберемся отсюда, – попыталась унять беспокойство своего спутника Изольда.

В темноте здешнего леса свет давали только тускло белеющие поганки да лиловые цветы. Продолжать путешествие в их неверном мерцании было опасно, так что Таальвену пришлось согласиться.

– Я видела рядом небольшое озерцо, – устраиваясь на ночлег, заметила принцесса. – Вот бы искупаться.

– Кто знает, какое в этом болоте дно, – возразил волк.

– Хотя бы умоюсь, – заворчала она. – Не могу же я отправляться в путь такой неряхой.

– Только возвращайся скорее, – таская ветви и мох для лежанки, попросил Таальвен.

– Ты можешь пойти со мной, – предложила девушка. – Постережешь одежду.

Но он опустил голову и выдохнул сдавленно:

– Лучше ступай одна.

Довольная, Изольда прошлась в глубь криволесья, запоминая дорогу. И совсем скоро присела у круглого темного озерца. Над водой нависал целый букет высоких бледных опят, но, несмотря на это, она казалась чистой.

Принцесса с облегчением погрузила в омут стертые руки.

– Как же приятно, – простонала она и, откинув капюшон, побрызгала на лицо.

Свежие капли холодили кожу, девушка наклонилась к озеру совсем близко, чтобы умыться. Но стоило ей приблизить лицо к зеркальной глади, как из воды показались тонкие зеленые руки. Цепкие пальцы впились ей в плечи и со всей силы потянули в трясину.

– Тааль! – только и успела крикнуть принцесса.

Но было поздно. Когда волк примчался к топи, на берегу остался лишь бархатный алый плащ, а по воде во все стороны расходились круги.

– Изольда! – позвал он, задыхаясь от тревоги.

Из болота не донеслось ни звука.

Недолго думая Таальвен Валишер схватил в зубы накидку девушки, подпрыгнул и бросился в воду. Как только кончик его хвоста погрузился в озеро, хваткие зеленые руки поймали волка и быстро потащили на самое дно черного омута.

С трудом раскрыв слипающиеся глаза, Изольда приподнялась на локтях.

Под ней была жесткая подстилка из камышей и болотных кувшинок. Комната вокруг напоминала темницу: грибы-гнилушки на склизких от сырости стенах заменяли свечи, на круглом потолке застыли капельки влаги. Под ним виднелось одно-единственное крохотное окошко, забранное решетками, тяжелая дверь была заперта снаружи. Принцесса попыталась заглянуть в окно, но не увидела ничего, кроме мутной воды.

Голова ее раскалывалась, дышалось тяжело.