Костя в средней школе

И вот звенит звонок, и я снова не знаю, как быть. Как двигаться дальше по выбранному пути. Об этом я ведь совершенно не думал. Мне самому до последнего не верилось, что я это сделаю. Когда же закончится этот день! Я долго собираю портфель и что-то смотрю в телефоне в надежде, что Маруся уйдёт раньше меня. Но она тоже копается в рюкзаке. Сейчас мы останемся одни, и я потеряю сознание.

Венька, проходя мимо, хлопает меня по плечу.

– Ну ты… – он качает головой, не в силах подобрать слова. – Очуметь.

Я увязываюсь за ними.

– Счастливого дня рожденья, – говорю я тихо, проходя мимо первой парты. И успеваю украдкой заглянуть в серые глаза.

Вергилия догоняет меня на улице.

– Постой, Куликов! Представляешь, – рассказывает она, запыхавшись, – Маруся меня спросила: «Это ты подсказала?» А я: «Он сам, честное слово!» Никогда я не видела её такой счастливой. Молодец!

– Спасибо, – улыбнулся я впервые за этот день.

– Ну как? – набросилась на меня дома мама.

– Вручил, всё хорошо, – ответил я, в бессилии рухнув на банкетку.

– Вот молодец! Ей понравились?

– Конечно.

– А чего ж ты её до дома не проводил? Я специально не звонила сразу после уроков.

– МАМААА!

Вергилия

Одним из последствий того непростого дня стало непреодолимое желание помочь Вергилии. Подумать только – четыре года безответной любви! Это ж свихнуться можно. А ещё ужасно обидно: Вергилия – отличная девчонка, упустит Никита своё счастье, потом будет мне пенять, что я ему вовремя глаза не открыл! Но теперь-то я понимаю: мне просто хотелось, чтоб ничто не омрачало моего собственного счастья.

Взялся я за дело лихо.

– Смотри-ка, – говорил я Никитке, – какая у Вергилия сегодня оригинальная причёска.

Никита переводил недоумённый взгляд с Вергилиной причёски на меня и обратно, и я торопился сменить тему. Но через какое-то время я снова не выдерживал:

– Ты не слышал её последнее стихотворение? Всё-таки она очень талантлива.

– А я ничего не думал, – перебивал меня Никита. – Что вообще с тобой такое? Шутишь с Алисой, даришь цветы Марусе, нахваливаешь Вергилию… Ты что – этот, как его, Донжуан?

И Никитка рассмеялся над собственной шуткой.

– С Алисой я больше не шучу, а Вергилия моя лучшая подруга, – огорошил я Никитку. – Мы могли бы и втроём дружить. Вот я и обращаю твоё внимание.