Луна. Укройся волнами, начни сначала

Ни одна из его оставшихся в столице подруг не смогла бы сравниться с этой девушкой по притягательности, ему казалось, что настоящая жизнь наполняет ее и бьет через край, не оставляя места напускному или фальшивому.

Возможно, в этой ситуации кто-нибудь другой смог бы заметить, что незнакомка, представшая перед ним, более худощавая, чем диктуют каноны красоты, что она слишком высокая для своего возраста, можно сказать, почти долговязая, да и в целом нескладная. Но Эдгар видел только достоинства – природное очарование, легкость, грацию.

Услышать ее голос.

Узнать ее имя.

Но разве он мог сделать это сейчас, выйдя из-за камня и признавшись, что подглядывал все это время?

Горло перехватило. На мгновение Эдгар замешкался, но тут же отправил сомнения прочь, ведь ему действительно было не занимать решительности и прямоты.

Он дождался, когда девушка поправит платье, соберет волосы и уже собрался выйти из укрытия, как вновь услышал шум со стороны леса.

– Лунаи! – резкий голос нарушил момент. – Лунаи, отец тебя ищет!

«Лунаи?!» – Эдгар вновь прикипел взглядом к совершенной незнакомке. Юноше показалось, что его сердце упало на камни, остановилось, но тут же взлетело до неба и застучало с новой силой.

«Это она, – он смотрел пристально, но уже не мог подойти. – Это она! Она! Ведь не может же здесь быть еще одной девушки с этим редким именем!».

Никогда прежде Эдгар не испытывал такого чистого счастья, он смотрел на Лунаи, как ребенок смотрит на самый прекрасный подарок, который он даже не надеялся получить.

– Я здесь! – крикнула девушка. Ее голос прозвучал нежно, тонко и одновременно пронзительно. «Кричит, как раненая птица», – пронеслось в мыслях Эдгара.

Шум со стороны леса усилился и на берег выбежал парень: темноволосый азиат, высокий, хорошо сложенный. Он был растрепан и одет в поношенную робу, но это нисколько не умаляло его очевидных достоинств.

– Лунаи, скорее, идем в дом, твой отец вернулся раньше, без настроения, – парень говорил сбивчиво и взволнованно.

Девушка быстро обулась, еще раз поправила платье, и вместе с азиатом стремительно скрылась в лесу.

Несколько птиц протяжно вскрикнули и взлетели над деревьями.

Сердце с силой долбило Эдгара в грудь, в каждом ударе было новое чувство: нежность, желание, интерес, ревность и даже страх. Страх, что в момент новой встречи он не придется девушке по душе.