О чем говорят итальянцы. Рассказы с юга Италии

Колесо опасно застучало – лопнула шина, мне удалось развернуться перед выездом на трассу и дотащиться на медленном ходу до красивого розового дома не очень далеко от фамильного гнезда Гуэрра. Я была занята борьбой с домкратом, когда молодой мужчина с брюшком, копавшийся у себя в гараже, увидел мои страдания и предложил помощь. Всплескивая руками и растерянно улыбаясь, я наблюдала за тем, как он устанавливает запаску, а потом, прихрамывая, возвращается в гараж, и кричала ему вслед раскатистые «грацие». Прежде чем исчезнуть внутри гаража, он обернулся и с болезненной улыбкой произнес положенное по этикету: «Ci mancherebbe».

Его хорошо воспитывали в детстве.

Ci mancherebbe – вежливый аналог «пожалуйста», такой мощный в своей щедрости, что им можно установить собеседника на пьедестал, но в целом это выражение годится для демонстрации самых разных эмоций. Им можно выразить негодование («Этого только не хватало!»), снисходительное одобрение («Ну еще бы!») или вот эту небывалую щедрость в ответ на чужую благодарность: «По-другому и быть не могло», «Я не смог бы поступить иначе».

В «чи манкереббе» ясно слышится глагол «недоставать», mancare, которым итальянцы скучают друг по другу или сообщают, что в блюде недостаточно соли.

Если бы нам захотелось развернуть в полную длину «Ci mancherebbe», произнесенное моим спасителем, то получилось бы что-то в этом духе: «Недоставало еще, чтобы я сделал вид, что не замечаю, как вы, прекрасная незнакомка, боретесь с домкратом, и не вызвался сам устанавливать вам запасное колесо, хотя мне было очень непросто нагибаться в этих вот узких джинсах, да и спина вообще-то побаливает.

Недоставало еще, чтобы я не выполнил свой долг джентльмена и бросил вас на произвол судьбы – этого, как вы понимаете, совсем и ни в коем случае не могло произойти, ci mancherebbe!»

В жизни итальянцев часто бывает перебор – событий, эмоций, людей, переживаний, но никак не недостача. Недостача – предмет извинений и глубинного беспокойства.

За стойкой пиццерии был именно он, Джованни, и по испугу во взгляде я уловила, что боль в спине после галантного жеста еще давала о себе знать.

– Что случилось? – спросил он меня осторожно. Черт его знает, чего еще можно ожидать от этой иностранки с тягой к приключениям.

Пока я пересказывала Джованни свой вечер, Беатриче снова проявляла активность. Она вошла в зал и, не видя Николу, громким голосом выкрикивала его имя.