Карнавал лжи

– Тариша Морли-малэн, – Советник театрально взмахнул рукой, – прошу вас.

Гробовая тишина.

Сжимая в пальцах резную костяную ручку, нагретую её вспотевшей от волнения ладонью, Таша медленно поднялась к трону по широким ступеням. Повернулась. Скользнула глазами по виньеткам металлической люстры, колоннам вдоль стен, – и лишь затем решилась оглядеть толпу, тревожным морем волновавшуюся у её ног.

Князь Равнинной. Герцоги с семьями. Новостники, кеары и стражи. Люди, которые готовились этим вечером приветствовать и слушать короля, но услышали рассказ о покушении на него.

В глазах – удивление, непонимание, подозрение. Что угодно, кроме поддержки.

– Перед вами – чудом уцелевшая наследница рода Морли, которая намедни осмелилась выйти из тени. Его Величество решил восстановить её в законных правах, вернув Морли-малэн родовые земли и титул. Она уверена, что Норманы послужили марионеткой в руках истинных преступников. Теперь у неё есть двенадцать дней, чтобы найти злодеев. Согласно правилам она должна вести расследование без помощи стражи и вышестоящих лиц… однако мы решили поддержать юную Ищущую, на эти дни вверив в её руки орудие преступления.

Таша высоко подняла проклятый кубок.

Сотня взглядов поднялась вслед за её рукой.

– Перед вами – безделушка, что едва не унесла жизнь нашего короля. Наши маги не обнаружили на ней следов других физических эфиров, кроме Норманов, Его Величества и мастеров-изготовителей. Маг, наложивший проклятие на чашу, позаботился о том, чтобы его личность осталась в тайне, и кто знает… быть может, Леогран с Ореком и вправду невинные пешки в чужой игре?.

Невидимый взор Советника пробирал до мурашек. Но Таша не опустила глаз.

Я знаю, что это ты, сказала она про себя, глядя на своё отражение в затемнённых очках. Но чего бы ты ни добивался, тебе не суждено победить. Не теперь.

Она не уступит.

Она не проиграет.

– Дамы и господа, – продолжил Советник, отворачиваясь от неё с показным равнодушием, – давайте поблагодарим Мастера Травницу и Гиффес-лэн, ибо им мы обязаны тем, что я сообщил вам не совсем уж скорбные вести.

Аплодисменты вновь ударились о своды зала, скатились по гранитным стенам и колоннам, мерцавшим в отблесках волшебных огней в люстре.

– Возблагодарим кеаров, верных слуг Его Величества, обезвредивших преступников.

Разрозненные хлопки обернулись редкой ритмичной дробью.