Скажи кукушка

Солико пьянит этот взгляд, и она не в силах от него оторваться, но Амин заводит машину, благодарит и они уезжают. Вечером подъехав к заводу, отправляют Арсена к часовому.

Часовой включает рацию и что-то говорит. Спустя некоторое время из ворот выезжает знакомый УАЗ. За рулем Валерка. Притормозив, он знаком предлагает ехать за ним. Отъехав немного в сторону, солдат останавливает машину, выходит и открывает заднюю дверь – на сидении лежат стекла. Надев нитяные перчатки, солдат осторожно достает стекла, и перекладывает их в машину Амин.

Сняв перчатки бросает к стеклам и предлагает:

– Может помочь вставить?

Амин отрицательно качает головой и предлагает в качестве оплаты сыр, масло и молоко. На лице солдата проступает разочарование.

– Возьмите Валерий, сыр я сама делала, – вмешивается Солико.

Парень улыбается, берет продукты, но не спешит уходить. Солико хочется продлить встречу и снова услышать, как парень поет. Ей не хочется ночевать в жуткой квартире, щели в полу которой черны от запекшейся детской крови.

Ей не хочется обратно в горы, и отшельнической жизни там, ей хочется заплакать от всего этого, от этой безнадежности, и она отворачивается, почувствовав, что к глазам подступают слезы.

– Солико, все в порядке? – с тревогой спрашивает парень.

– Все хорошо, – успокаивает солдата Амин и заводит машину.

На следующий день, скрипя протезом приходит Рустам и вставляет стекла. Закончив работу, спрашивает:

– Шкаф собрать?

Солико отрицательно качает головой. Мебельные щиты забирает соседка.

В комнате теперь светло, лишь ободранные с одной из стен обои, обнажают грубую бетонную стену. Соседка видит это, и предлагает:

– У меня есть немного обоев – на одну стену хватит.

Принесенные соседкой обои темно зеленого цвета с большими кроваво красными цветами. Солико беспомощно качает головой, но Амин решительно забирает рулон и приготовив из крахмала клейстер оклеивает стену.

Темно зеленые обои, резко дисгармоничны к веселеньким голубым, поэтому Амин прикрепляет сверху большой мусульманский календарь с замысловатой арабской вязью, на котором к безупречно синему небу, тянутся остриями золоченых куполов минареты.

Плакат большой и яркий. Он похож на волшебное окно, прорубленное в зеленой стене. Не ограничившись этим, Амин расстилает под календарем новенький золоченый саджжада (молитвенный коврик для намаза), закрывая им черные щели в половицах паркета. Теперь можно возвращаться в горы.

Заперев дверь, прощаются с соседкой.