Скажи кукушка

Услышав шаги, оборачивается. Его колючий взгляд, остановившись на Солико смягчается.

– Твоя красота, дочь моя, сияет как солнце и с каждым днем все ярче, – лицо старика прорезает тень улыбки.

– Спасибо отец, – Солико склоняет голову.

– Скажи, Солико, а много сыра скопилось в наших кладовых?

– Много, больше чем на год хватит.

– Амин, а как с мукой и сахаром?

– На исходе.

Хмыкнув отец подходит ближе.

– Зачем нам столько продуктов? Поезжайте в город, – продайте часть на рынке. На вырученные деньги купите все необходимое.

Поживите несколько дней, поговорите с людьми.

Голос у отца скрипучий, вид усталый и задумчивый, лицо бледное с желтизной, и Солико с тревогой думает: спал ли отец этой ночью? Еще Солико думает, что это, наверное, не все и, не главное, и угадывает. После небольшой паузы отец говорит:

– В город приехали военные строители. Посмотрите, чем они занимаются, где остановились. С вами поедет Арсен.

Девушки согласно кивают.

Арсену – необыкновенно подвижному и крепкому двенадцатилетнему подростку, новость о том, что предстоит поездка в город нравится, нравится она и Солико, лишь Амин кажется равнодушной.

Солико выбирает лучшее платье, тщательно расчесывает и укладывает длинные блестящие волосы, достает туфли на высоком каблуке, наносит на шею капельку душистых французских духов, подаренных отцом на день рождения, кружится перед большим овальным зеркалом и остается довольна собой – на лице ее сияет улыбка. Из-за войны, почти год не спускалась она в долину, не встречалась с подругами, не слышала песен, не пела и не танцевала на праздниках.

В порядком помятый УАЗ-буханку зеленого цвета, братья грузят головки сыра, козье молоко и масло. У Амин водительские права, и она садится за руль. Нахальный Арсен, устраивается рядом с ней, Солико приходится ехать в фургоне. Мужчина, даже если ему всего двенадцать главенствует среди чеченских женщин.

Водит Амин неважно, но ехать недалеко и сильного беспокойства это не вызывает.

Маленький автомобиль, с трудом протиснувшись в узкий проезд между отвесной скалой и главной башней, подпрыгивая на неровностях, начинает медленно спускаться в долину. Зарядивший дождь крупными каплями громко стучит по крыше, заливает лобовое стекло. Амин, судорожно вцепившись в руль бесконечно притормаживает, не давая машине сильно разгоняться. По петляв по узкому серпантину, усыпанному мелкими камнями, спускаются в долину, и дорога выпрямляется.