Билет на Фа́туру

Лук правда получился хорошим, а стрелы острыми, и довольно улыбавшийся Миша принялся нанизывать на ветки мясо. Саша помог ему, затем они пересели ближе к огню и стали жарить это. Меня передёрнуло.

– У нас прямо настоящие шашлыки, – Аня рассмеялась.

Миша протянул ей палку с готовым обедом.

Я угощаю.

Аня отмахнулась со словами:

– Пожалуй, воздержусь. Ещё окажется, что это мясо радиоактивное.

Теперь рассмеялся Миша.

– Составишь компанию?

Он протянул ветку Саше – тот взял.

Они приступили к еде, мы с Аней уставились на них: я – с отвращением, Аня – с интересом.

– Ну как? – спросила она.

– Не самый худший шашлык в моей жизни, – ответил Миша. – Может, попробуешь? – он опять протянул ей ту же ветку, на которой осталось несколько кусочков, один из них надкусан.

Аня сморщила нос.

– Ты такая привередливая, а это всего лишь пищевая цепь, сильнейшие едят слабейших. В нашем случае это ещё и необходимость, ничего лучше ты не найдёшь.

– А как же яркие ягодки? Их здесь много, – улыбнулась Аня и, придвинувшись к Мише, сняла с палки кусок и съела, не поморщившись.

– Удивила. Бери пример, – обратился ко мне Миша.

Я покачала головой:

– Точно не сейчас.

Недавно я видела смерть этого животного. Хоть и понимаю, что мы могли оказаться на его месте, если бы обстоятельства сложились менее удачно, всё равно от мысли, что я сейчас его ещё и съем, начинает тошнить.

Сложно есть того, чью смерть ты видел. Может, я раньше вообще мяса не употребляла, кто ж его знает.

Забавно получается: на протяжении всей жизни, а я даже не знаю, сколько живу, у меня формировался характер, личность, интересы, нерушимые принципы, а потом раз – и в одночасье всё стёрлось, как будто только что родилась.

А если допустить, что я ничего не вспомню, сильно ли я изменюсь или нравиться мне будет то же самое? Буду браться за любимое дело и также погружаться в него, также наслаждаться им, как раньше? Или всё это закладывается вследствие воспитания, окружения, жизненных обстоятельств? По сути, я умерла, и появился новый человек, ведь прежней меня уже не существует…

– Алёна, – позвала Аня, перебив мои мысли, – ты иногда так зависаешь, это выглядит странно.

– Я задумалась.

– Расскажешь, о чём?

– Хочу хотя бы что-нибудь о себе вспомнить, – я озвучила своё самое главное желание на данный момент.

– Могу рассказать, кем ты была до полёта, – улыбнулась Аня, – ты работала хирургом, а раз сейчас с нами, значит, хирургом ты была хорошим.