Древо мира. Осколки настоящего

И стала намного страшнее. Всех, кто отказывался встать на сторону Ааронда, убивали без разбора – и мужчин, и женщин, и детей. А когда родились вы, то все стало еще хуже. Король в каждом видел врага. И это было правдой.

– Они охотились за тобой, Эмми, – тихо добавила Эстель. – Каждый убийца, появлявшийся в замке, приходил за тобой. Тинара поняла это и предложила отправить тебя в другой мир. Она считала, что это единственное, что может спасти тебя. И всех жителей Прайма.

– Почему за мной? А не за моим… братом, – с трудом произнесла последнее слово Эмми.

Было как-то непривычно.

– Ты старшая, наследница трона, – ответил Грег.

– Не думаю, что в этом причина, – сказала его жена. – Если бы они хотели лишить земли Прайма наследника, то стремились убить бы обоих детей. Им почему-то нужна была ты. И твоя мать, я уверена, знала почему.

– Так ее можно спросить! – воскликнула Эмми. – И все закончится. Узнаем, что ему от меня надо и…

– Не узнаем…

Эмми посмотрела на Грега. Он был слишком расстроен.

Несколько минут назад он сказал своей дочери, что она не его дитя, и все же боль во взгляде не могла быть только из-за этого. Там крылось настоящее горе, такое сильное, что девушке стало не по себе.

– Мы никогда не узнаем, что было известно твоей матери… В тот день, когда тебя переправляли в этот мир, она погибла.

– Погибла?

– Твой отец и брат живы, – поспешила сказать Эстель. – Они хотели бы все сами рассказать тебе. Да и мы не должны были так торопиться. Через два года из нашего мира откроется портал, чтобы забрать тебя домой.

Мы хотели рассказать все чуть позже и надеялись, что ты поймешь и согласишься вернуться в Прайм. И простишь нас за ложь.

– Простить? – воскликнула Эмми. – Вы мои родители! Вы воспитали меня несмотря ни на что. Любили меня, и я вас люблю. Когда мы вернемся туда, ничего не изменится. Кем бы ни были мои родители, настоящими всегда будете вы…

– Эмми, – перебил ее Грег. Он переглянулся с женой и продолжил. – Мы не сможем вернуться с тобой.

Тогда ты была ребенком, теперь же взрослый человек.

– Не сможете? Но как…

Девушка смотрела на родителей. Если бы она их не знала, если бы на месте этих людей были совсем другие, знакомые или незнакомые, она бы не поверила ни единому слову. Даже сейчас ей казалось, что из-за шторы выпрыгнет какой-нибудь телеведущий, посыплются воздушные шарики, и с криком «Розыгрыш!» все рассмеются. Но нет, чересчур серьезные люди обсуждали совершенно немыслимое.