Рассказы из правого ботинка (сборник)

Грузный мужчина лет пятидесяти неспешно заканчивал выступление:

– …и я надеюсь, что наш дружный коллектив…

– Вы, батенька, кто такой будете, и чего здесь забыли? – донеслось из прохода.

Гадюкин произнес это совсем негромко, но услышали его все.

Его всегда все слышали.

– Кхм, кхм?.. – вежливо покашлял оратор. – Вы, товарищ, простите, сами кто такой будете? Из технического персонала?..

– Я что, похож на уборщика?

– Похож.

– А я не уборщик, батенька! – хитро прищурился Гадюкин.

– Тогда представьтесь, пожалуйста, а то мы с вами, получается, еще незнакомы.

– Аристарх Митрофанович.

– Я спрашиваю не про имя-отчество, а про фамилию. Я всех называю по фамилии.

– Фамилия моя Гадюкин.

– Гадюкин, Гадюкин… – порылся в эль-планшетке оратор. – Есть Гадюкин. О?.. Тот самый Гадюкин?..

– Вполне возможно.

– Ну что ж, Гадюкин, будем знакомы. Моя фамилия Ушкин. Евгений Борисович Ушкин.

– Какой еще директор? Ничего про это не знаю. Меня никто не предупреждал. Доказательства у вас есть, что вы директор?

– Вот все бумаги, – показал папку Ушкин. – Если хотите, можете ознакомиться. Возглавить ваш институт меня уполномочил лично товарищ Байкалов.

– А это кто еще такой?

– Дмитрий Байкалов, президент Российской Федерации, – терпеливо объяснил Ушкин.

– Я за него не голосовал, – возмутился Гадюкин.

– Жаловаться?.. Кому?

– Президенту.

– Жалуйтесь.

Возмущенно сопя, Гадюкин уселся на свободное место в заднем ряду и раскрыл эль-планшетку.

– Черти что! – вслух произнес он, не особенно заботясь о тишине. – Они там совсем очумели в своем Кремле! Вечно наприсылают черт знает кого, а мы тут расхлебывай!

– Какие будут приказания, профессор? – осведомился сидящий рядом Ефремов.

– Пока никаких, батенька… – вздохнул Гадюкин.

Новый директор закончил приветственную речь и объявил собрание закрытым. Ученые академики потянулись к выходу. На лицах было написано недовольство – оторвали от работы, от исследований, и все ради какой-то ерунды.

– Гадюкин, не могли бы вы подойти ко мне? – попросил Ушкин, копаясь в эль-планшетке.

– А не могли бы вы сами подойти ко мне? – прищурился профессор, не делая ни единого движения.