Седмина пустошь

– Не горюй боец, жить будешь! – немного обрадованно почти пропел он, закончив процедуру, а после нахмурившись заключил, – А вот идти вряд ли.

– Оставь меня и уходи.

– Разговорчики рядовой, соблюдаем субординацию со старшим по званию. Что и как делать здесь решаю я!

Чуть подумав и осмотрев горящую технику, тоскливо добавил:

– Похоже, одни мы здесь уцелели.

Взрывы понемногу прекратились, хотя машины продолжали дымиться, издавая удушливый смрад горящей резины и горелого мяса.

– Ползти сможешь? – спросил лейтенант.

– Попробую.

– Давай, понемногу вон туда, – показал лейтенант взглядом в обратном направлении движения колонны; к повороту, где к дороге вплотную подступала густая зеленка.

Поползли, а обнаружив в густых зарослях низину, лейтенант, набросав в нее сухого хвороста скомандовал:

– Ныряй туда, я сейчас.

И исчез, уполз изгибаясь как уж в высокой траве. Немного погодя появился с охапкой зеленых веток, туго скрученных поясным ремнем, скатился вниз, а ветками прикрыл их обоих сверху.

– Надо переждать до темноты, а потом обратно к блок посту двинем: до него с десяток километров будет.

Достал фляжку, глотнул и протянув насмешливо вальяжно спросил:

– Кстати, представьтесь рядовой.

– Сергей Крупилин, механик-водитель, пятая рота девятого полка снабжения и сопровождения ВДВ.

– Серега значит, а я Андрей Щетинин; старший лейтенант спец. подразделения ГРУ.

Опять появилась вертушка, покружила над догорающей техникой и улетела.

Смеркалось, неожиданно совсем рядом раздался легкий хруст веток и послышалась чеченская речь. Лейтенант приложил палец к губам, Сергей кивнул, потом все постепенно стихло.

– Наши не скоро появятся: – задумчиво произнес Андрей, – как стемнеет двинем.

И двинули в обнимку, как только взошла луна. К утру, продвигаясь вдоль дороги и делая короткие остановки для передышки опять напоролись на боевиков.

Боевики двигались двумя небольшими группами из нескольких человек справа и слева вдоль дороги, тщательно осматривая прилегающие обочины, и неумолимо приближаясь.