Прах херувимов

Ларик вздохнул и расширил пояснение:

– Кто-то оказался плох, ты приходишь на место лузера и показываешь класс. В сравнении с жопоруким неудачником, выглядишь гением. На самом деле подняться на унижении кого-то гораздо легче, чем создавая что-то новое.

– Почему?

– Про новое сложно сразу сказать, плохо это или хорошо. Нет аналогов. А людям всегда нужны аналоги. Чтобы кто-то провозгласил: «О, гораздо лучше, чем было!». И все вокруг подтвердили. Это даёт гарантию, что не будешь выглядеть дураком. И снимает ответственность.

И тут на лице Ларика появилось выражение, которое друзья прекрасно знали и несколько опасались. Как только прозрачный его взгляд наливался тёмно-серым блеском, это означало, что сейчас мастер тату сядет на своего любимого конька, и вечер сразу станет длинным.

– Кстати, – и в самом деле произнёс Ларик, сверкнув вдруг ожившими глазами. – Честер Ли, дизайнер из Сингапура, просто закрашивает весь участок тела с ненужной татуировкой черными чернилами. Это называется «blackout», что буквально означает «затемнение».

– И что? – тоскливо спросила Яська.

– Ничего. Кусок кожи клиента после процедуры выглядит просто закрашенным черной краской.

– А смысл? – Яська не могла представить, что кому-то понравится ходить с черным пятном на руке. Или на ноге. Или с плечами-«чёрными квадратами» Малевича.

Ларик пожал плечами.

– Многим нравится.

– Блэкаут, – повторила Яська.

Скрывать совсем или прятать. Блэкаут или коверап… В чём принципиальная разница?

Мастер вдруг резко повернулся в её сторону.

– А давай мы тебе наколем что-нибудь символическое?

– Ты же мне колол уже, – девушка вытянула худую длинную ногу. На щиколотке, чуть выше стоптанной бежевой балетки сорок второго размера, била крыльями крошечная цветная бабочка.

– Тю, – свистнул Гера, – это ж разве татуировка? Её у тебя совсем не видно.

– Идите вы, – Яська поджала к себе ногу. – Я, может, в манекенщицы пойду. И куда тогда ваши тату дену?

– Есть предложения? – недоверчиво спросил Гера.

Она молча, но гордо кивнула.

– Ты из-за этого из института ушла? – Ларик посмотрел на неё внимательно.

– С этим сложно, – Яська бросила вуз два года назад, но всем говорила, что взяла академический отпуск.

– У тебя на подиуме не получится, – авторитетно заявил Гера.

– Это почему же?

– Ты неуклюжая. И вся… Квадратная такая. Модели, они же неземные, у них в глазах – тайна, а в движениях – томность.

– Вовсе нет, – возмутилась Яська. – Разные они.