Тьма в моей крови

Они часто задерживались со мной в библиотеке, но обо всем, что казалось наших жизней за стенами Университета, мы не разговаривали.

В общем, нам троим приходилось много времени проводить вместе. И из-за того, что мы были «особенными», принятыми в обход правил, и из-за объединяющей нас стихии воды. Остальные водники относились к нам скорее насторожено, чем дружелюбно, а меня радовало, что никто не знает, что я полноценный стихийник. Ну и еще что-то, но это я точно никому бы не рассказала.

Огромные двери в лекционный зал были закрыты.

Хм, удивилась, если бы было по-другому, занятие уже давно в разгаре. Затормозила, пытаясь отдышаться, но…

Я уже говорила, что ненавижу, когда все делается в спешке. Из-за этого происходит много странностей и непонятностей, неловких и глупых ситуаций, в которые мне ой как не хотелось попадать. Кто бы спрашивал!

Вместо того, чтобы потихоньку открыть дверь и проскользнуть в аудиторию, надеясь, что профессор Чанси как всегда проигнорирует мое появление и устроит допрос позже, я неловко споткнулась о собственную ногу.

Да-да, со мной случилось то самое – ошеломляющее, невероятное, умопомрачительное и глупое до безумия невезение! Дверь распахнулась и с грохотом ударилась о стену.

– Тебе конец, – тоскливо протянул Тыр.

Даже и не сомневаюсь, с таким эффектным появлением!

Тишина стояла оглушающая. Странно никто не засмеялся, даже не пролетело шепотка. В зале только молчаливые удивленные лица. Я перевела взгляд на кафедру и замерла.

Ну, вот какая она, смерть от крушения надежд.

Я смотрела прямо на канцлера и готовилась к чему угодно. Но вот только не к тому, что он улыбнется, покачает головой и скажет.

– Садитесь на место, студентка ЭсКа?рас. И… постарайтесь в следующий раз не сопровождать свое появление такими разрушениями.

Я прошла по ступеням наверх, где сидели мои друзья. В спину, наверное, были устремлены взгляды всех, кто находился в аудитории. Было неуютно и неловко, тем более я знала, что за мной также наблюдает и канцлер.

Он молчал до тех пор, пока я не заняла свое место. Жутко мне было еще и от того, что я не могла вспомнить его имя.

Мы всегда сидели на самом верху. Акустика тут хорошая, и никто не сверлит затылок, не лезет с глупыми вопросами и обидными шуточками.

– Нда, – задумчиво произнес Тыр. – А ведь он прав, ты просто катастрофа.

Всегда задавалась вопросом, кто додумался расположить фреску прямо за дверью? Ну вот теперь ее части и не было.