Невеста повелителя степей

В той части, что выделили для гостей севера, было удивительно тихо, но сейчас я не могла тратить дорогие минуты на удивление. Влетела в комнату хаста и замерла. Мужчина уже не лежал на полу, он встал и теперь нависал над столом, опираясь на него обеими руками.

– Меня отравили? – спросил он, когда я вошла. – Ты?

Судорожно замотала головой.

– Нет, хаст. Я не знаю, кто это сделал, но знаю – как, – протянула ему банку. – Выпей.

– Что это? – не спешил он.

– Это то, что тебе поможет. Поторопись, – я начинала нервничать.

– Мне уже лучше, – выпрямился Линар и сделал шаг ко мне на встречу.

– Тебе кажется. Потом начнутся судороги и смерть. Я не смогу ничего сделать, если ты не выпьешь это сейчас, – я почти плакала, но больше ничего не сделать не могла.

– Хорошо.

Он одним плавным шагом оказался рядом со мной, взял склянку и выпил ее содержимое. Целиком! За один раз.

– Нет! – попыталась его остановить, но было уже поздно.

– Что? – недовольно поморщился Линар. Отвар был очень горьким.

– Не нужно было пить все, хватило б и капли.

– Это опасно?

И как мне ответить воину, что бывал во множестве битв? Разве может принести зло чуть большая доза лекарства, чем положена судьбой и степью? Конечно. И все же, это лучше, чем мучительная смерть от яда.

– Нет, – я покачала головой и улыбнулась, понимая, что под артуном он ее не увидит. – Ты будешь жить, а это главное.

– Хорошо, – он несколько раз взмахнул руками, так, как делают воины на тренировке, поиграл мышцами, смущая меня все сильнее.

– До завтра, хаст, – попыталась развернуться и уйти, но он не дал, схватив меня за руку.

– Ты куда?

Подняла голову, чтобы лучше видеть его лицо в неверном свете лампы, и удивилась. Линар, не отрываясь, смотрел на меня. Этот взгляд напрочь лишал рассудка, затягивал в свои глубины.

– Уже ночь. Всем пора спать, – попыталась высвободиться, но он меня не отпускал. – То есть, все уже спят…

– Да, – его улыбка заставила мое сердце биться быстрее. – Сними артун.

Хотела возмутиться, запротестовать, но почему-то не стала этого делать.

Разумом я понимала, что все неправильно, но недавний страх сыграл дурную шутку. И я расслабилась слишком рано, чтобы теперь не понимать, что творю. А может, понимать это слишком хорошо. И я позволила Линару сделать то, что он задумал. Рука мужчины поднялась вверх и сорвала с головы ткань, что закрывала лицо. Я глубоко вздохнула, теряясь от происходящего, запутываясь еще больше, словно зверек в силках.