Семья волшебников. Том 2

К этому злу все давно привыкли.

По законам Мистерии волшебникам не запрещено призывать демонов, владеть демонами, принимать демонов в гостях. Последнее, пожалуй, дурной тон, но это разрешено, за это никак не наказывают. Паспорт волшебного существа демону нужен только для перемещения самостоятельно, без волшебника, который за него ручается. Так что Аганель лишь напомнил о правилах поведения и с удовольствием развернул припасенную для него плитку Marabou. Спиртного волостной агент не употреблял, а вот сладкое любил очень.

– Ладно, расскажи что-нибудь о себе, – вздохнула Лахджа, когда Аганеля спровадили, и умиротворенный Майно закурил трубку.

– Что рассказывать, госпожа? – немного занервничал Ахвеном. – Я из второго поколения. Из самых первых. Отца не знаю. Маму Наиллой звали. Она погибла, когда мне было семь, я теперь один, кручусь как могу.

– Разве ж мои родственники не заботятся обо всех детях? – усомнилась Лахджа. – Темнишь.

– Ну, я… да, заботятся, учат, дают пищу, кров… Но мне нужна демоническая сила.

Майно выпустил особо черный клуб дыма. Ему не понравился хищный блеск в глазах демоненка. Все же понятно – охотился, щенок, души жал. И ладно еще если третью категорию, или как там у них принято классифицировать. Всяких выродков и подонков, которыми не жаль кормить демонов.

Но ведь не факт. Сам же правду не скажет.

– Ты еще мал, зачем тебе сейчас большой счет? – спросила Лахджа, которая все верно поняла. – Ты же попадешь в неприятности… уже попал.

– Да… – поник хвост Ахвенома.

Он поболтал ногами. А Астрид аж щеки надула от гнева – так уж ей не нравился этот мальчик. Скользкий он и подлый, а мама не видит.

– Ну и что мы с тобой будем делать? – задумалась Лахджа. – Я могу отпустить тебя прямо сейчас… но с незаполненным чеком. Ты будешь должен мне… сколько там полагается? Три услуги. Три раза я тебя позову, скажу, чего хочу, и ты ответишь: яволь, госпожа.

– Что отвечу?..

– Слушаюсь.

– Хорошо, – без раздумий согласился Ахвеном.

– Вот так просто? Какой ты незамутненный.

– Госпожа, ты же апостол.

Он сказал это так, как будто Лахджа – безусловный авторитет, которому нужно заглядывать в рот и делать все, что скажет. А уж если она до тебя снизошла и взяла как бы в подручные, то вообще радуйся и веселись.

Лахджа невольно задумалась, все ли фархерримы так воспринимают апостолов. И если да, то… хотя нет, они же у нее дочь украли.