Восхождение Эль

– А вот теперь нужно бежать, – шепнул грум девочке, и отскочил назад, а затем изо всех сил рванул прочь, волоча за собой Эль. Очевидно, третья мумия всё-таки сумела выбраться, по топоту сзади казалось, что за ними гонится целый отряд. Оглядываться Эль боялась, да и времени у неё на это не было.

Соляной песок, в котором ещё полчаса назад вязли ноги, со скрипом разлетался во все стороны от тяжёлых ботинок грумов, а ветер, бьющий в спины, превратился в союзника.

– Спа-а-а-си-и! – крики мумий вместе с ветром толкали их в затылки, заставляя ускориться, хотя Эль и так бежала на пределе своих сил.

Дети даже не поняли, как пересекли долину, подгоняемые в спины тоскливыми завываниями, и как взлетели на спасительное плато, за которым простирался знакомый и родной грумгород. Пришли в себя, только когда увидели всё так же мирно храпящего стража, привалившегося к запрещающему знаку. Его безмятежность успокаивала, хотя ветер вместе с колючим белым песком ещё доносил снизу душераздирающие всхлипы:

– Раф во-от-во-о-от по-о-я-ви-тся! О-о-сво-о-боди-и-и, по-о-ока-а не у-ушл-а-а!

Эль, задыхаясь, жалобно посмотрела на Тинара Моу:

– Почему они ко мне пристали? От чего я должна их освободить?

– А кто такой Раф? – спросил Тин, пропустив мимо ушей её вопрос.

Эль не успела ничего ответить, потому что страж открыл глаза. Увидев грумят, он встрепенулся и добродушно прикрикнул:

– А ну-ка, детвора, по домам! Нашли место для игр!

И добавил уже в убегающие спины:

– Это хорошо, что здесь пост организовали.

***

Каким образом старшие узнали, что грумята спускались в запретную долину, так и осталось загадкой. Эль ни слова никому не сказала, и Тинар – это точно. А заснувший на посту грум навряд ли стал бы распространяться о своём позорном проступке. Но каким-то (Эль была уверена, что мистическим) путём Хобан узнал об этом бесславном путешествии, а затем, конечно же, Торк Моу.

Отгремели громы и молнии, с горящими ушами и припухшими ягодицами дети были отправлены под домашний арест. Один раз Эль удалось выбраться из комнаты, когда ей принесли еду и забыли запереть дверь, но шляться контрабандой по дому, где в тот момент ровным счётом ничего не происходило, оказалось вовсе неинтересно. Она заглянула на кухню, сморщила нос от едких запахов полуготовой солонины.