Сладкий сон АСМР

 – Сегодня утром пришла смс-ка…

Она сквозь решетку сунула дежурному под нос свой мобильный, наверное, слишком резко и суетливо, потому что он сначала непроизвольно отпрянул, а только потом, сощурившись, вгляделся в текст.

– Это же славно, – поднял он на Тори глаза.

Взгляд был такой же тяжелый, как и дыхание. Серо-графитный, прибивающий к земле.

– Чего тут славного? – удивилась Тори. – Вы же видите, она пишет «больно».

– Раз может пользоваться мобильным телефоном, значит, в сознании и взаперти ее не держат, – в голосе дежурного появилась вдруг даже какая-то симпатия.

По крайней мере, облегчение – точно.

– Думаю, что ничего страшного с вашей подругой не случилось. Давайте, я запишу координаты, и с вами обязательно свяжутся.

– А заявление? – удивилась Тори. – Нужно же все оформить официально.

– Ладно, – вздохнул дежурный. – Пишите и заявление. У вас есть ее фото?

Тори поняла, что это абсолютно бесполезное занятие.

***

До момента, когда Леська пропала, Тори казалось, что она знает и понимает подругу, как никто и никого.

Совершенно одинокая Тори, впервые открыв Леське дверь в прихожей Виры, сразу поняла: эта тонкая, светлая девушка станет ее подругой. Много говорят про любовь с первого взгляда, но чаще с первого взгляда случается дружба.

– Ты тоже на пересдачу? – шепнула симпатичная незнакомка и улыбнулась так, что в душе Тори с грохотом обвалился оттаявший ледник.

Девушка сунула ей тонкую, прохладную ладошку и сказала:

– Леська… Я – Леська… Как Вира сегодня? В благодати или поучает?

Она торопясь скидывала с узкой ступни стоптанную бежевую балетку.

– Вроде, ничего, – пожала плечами Тори.

Ей почему-то впервые стало стыдно, что она не студентка, завалившая сессию, а «помощница по дому». Так ее называла Вира, но означало это, конечно, простую уборщицу.

Леська нахмурилась, отчего веснушки поползли на переносицу.

– Плохо. Лучше бы она поймала вдохновение.

Тори улыбнулась. Когда Вира «ловила вдохновение», то уходила в себя, выслушивала заваливших экзамен студенток невнимательно и торопливо ставила хорошие оценки. Только вот… Врать этой веснушчатой, легкой Леське совсем не хотелось.

– Я здесь работаю, – сказала она, сжавшись внутри. – Не учусь.