Сладкий сон АСМР

Мертвая тишина застыла едва уловимым вопросом: когда вернутся хозяева? Квартира лежала покинутым псом, свернувшимся скорбным калачиком. Стоял почти выветрившийся незнакомый запах – словно тут жгли ладан или индийские благовония. Или бумагу, а после старались перебить гарь духами или хорошим освежителем. Впрочем, пахло очень слабо, отзвуком запаха, а не им самим.

Тори вздохнула и вошла в комнату, зажмурившись, чтобы сразу не увидеть безвольное тело Леськи. Открыла один прищуренный глаз, затем второй.

Зал пуст и идеально убран. Леськи в нем не было – ни живой, ни в виде трупа.

Это приободрило Тори. В спальне белье дышало чистотой и нетронутостью, Леськи там опять же не наблюдалось. В шкафу, наполовину очищенном от вещей Ивана, на первый взгляд, вся одежда Леськи оставалась на месте. Даже любимые джинсы, из которых Леська обычно не вылазила, аккуратно покоились в стопке других штанов. Она явно ушла из дома в том самом новом платье.

Ванная. Надраено до блеска и пусто.

Ряды флакончиков на полочке, толстенький рулон мягкой туалетной бумаги, пушистые полотенца – кажется, совсем новые, Тори таких раньше у подруги не видела.

Осталась кухня. Тори вошла и с минутным облегчением присела на мягкую накидку табурета. С одной стороны, она не обнаружила тело Леськи в квартире. Но с другой – это никак не объясняло исчезновение подруги. И теперь предстояло обзванивать морги, больницы и писать заявление на розыск. Ни первое, ни второе Тори никогда не делала.

И совершенно не хотела никогда этим заниматься.

Леська, дурында, ну куда же ты подевалась? Тори почувствовала приступ удушья и рванула дверь на балкон.

Над домом часто и низко летали самолеты. Аэропорт находился так близко, что железные птицы с грузным свистом прорывали воздушный купол именно напротив Леськиной лоджии. Счастливые и немного пьяные от свободы, устремлялись в вольную волю по проложенному маршруту.

Сейчас один из них гудел особенно радостно, а Тори провожала его взглядом, раздвинув стекла лоджии.

Несколько недель назад, еще в счастливой «доизмене» Ивана, они здесь курили тайком от него, опустошив бутылку легкого вина.

Иван был категорическим противником любых пагубных привычек. Что, собственно, не спасло его от пагубной страсти. Судьба всегда подкарауливает тебя там, где не ожидаешь. А тогда Тори и Леська хмельные и безмятежные скрывались от безупречного правильного Ивана.