Мистический капкан на Коша Мару

 – Только закуски, кажется, совсем никакой нет.

Он вдруг вспомнил, что последний раз ел в «бомжатнике» ещё днём – какую-то скользкую кашу и рыбную котлету. Показалось кощунственным после этого пить дорогущий коньяк.

– У меня есть, – засуетился Хер.

Странно, но он обрадовался намёку на приглашение. Если учесть, что сосед ни разу за много-много лет жизни «бок о бок» не изъявлял желания даже просто обменяться дежурными фразами.

– Я сейчас, – заторопился он. – А ты…

Он повёл носом и непроизвольно сморщился.

– Ок, – кивнул Клим. – А я пока душ приму.

– Не помешает, – Хер ещё раз принюхался и кивнул.

Наверняка ему знаком запах, который впитался в одежду Клима.

Когда Клим, обмотанный большим полотенцем, вернулся из душа, на столе рядом с бутылкой и пузатыми стаканчиками стояла тарелка с криво нарезанными ломтиками колбасы и ещё другая – с такими же покоцанными кружками лимона. На бумажной салфетке невысокой горкой расположился батон.

– Отлично, – одобрительно кивнул Клим.

Ничего другого ему сейчас и в горло бы не полезло, а для закуси – в самый раз.

Первый глоток пошёл мягко, как и положено, спирт сразу ушёл, а запахи стали нежными. Сухофрукты, оттенки дуба и сандалового дерева, кожа, мох, древесина, ваниль, пряности, табак, грибные оттенки…

– Вообще-то закусывают лимоном только плохой коньяк, – авторитетно заявил Хер.

В свете ночника с бокалом в длинных тонких пальцах он опять показался Климу совершенно другим человеком.

Как будто от небольшой порции «Хенесси» его тело вспомнило лучшие годы жизни – сосед сейчас сидел изящно-вальяжно, небрежно откинувшись на спинку стула, ноги, закинутые одна на другую, оказались стройными, длинными, очень красивыми. На лице, подсвеченном мягким отсветом, словно распрямились обезъяньи скукоженности, тень от пушистых ресниц падала на щёки.

Клим видел сейчас перед собой модель экстра-класса, столь редкой настоящей андрогинной внешности: без излишнего псевдоженского жеманства и напускной брутальности.

Таинственный человек без пола – то ли из прошлого, то ли из будущего, то ли вообще инопланетного происхождения. Наверное, голодный Клим сразу опьянел: изменения в придурковатом, истерично стареющем соседе оказались слишком внезапными и невероятными.

– А чем закусывают хороший? – почему-то уже заплетающимся языком спросил он.

Коньяк изнутри накатывал волнами – мягкими, убаюкивающими.