Мистический капкан на Коша Мару

Брошенная мимо корзины смятая бумажка от шоколадного батончика, облупившийся кусочек лака на указательном пальце безукоризненно одетой секретарши, выбивающийся из общего строгого настроя букетик полевых ромашек в маленькой вазочке у неё на столе…

– Вы… – девушка в старательно выглаженной белой блузе, застёгнутой под самое горло, привстала из-за ноутбука, на котором она что-то самозабвенно печатала до их прихода.

– У нас назначена встреча с Егором Николаевичем, – сказала Эрика, дружелюбно улыбнувшись.

Клим кивнул, подтверждая её слова, так как секретарша почему-то уставилась именно на него.

– Вы недавно здесь работаете? – вдруг спросил он.

Она слишком усердно била по клавишам ноутбука, не щадя свежего и явно недешёвого маникюра. А главное…

– Ромашки, – сказал Клим, указывая на её рабочий стол. – Вы ещё не прониклись духом этого места…

Девушка смутилась.

– Вообще-то, да… Первую неделю…

– Клим, – прошипела Эрика в ухо. – Оставь свои выводы при себе…Нет времени, у нас ещё съёмка сегодня.

И уже к девушке, всё с той же обаятельной улыбкой:

– Будьте добры, сообщите Егору Николаевичу. Фотостудия «Чудесная страна».

Название для их компании когда-то придумала Эрика. Хотя Клим предлагал обозначить не столь романтично, зато честно: «Любой каприз за ваши деньги».

– О, – сказала секретарша. – Он вас ждёт. Проходите.

Она кивнула на сливающуюся с тёмными панелями дверь, мерцающую мокрым асфальтом. Эрика излишне решительно направилась к ней. «В пасть дракону», – почему-то пронеслось в голове Клима.

– Егор Николаевич! – тут же раздалось из этой драконьей пасти. – Мы говорили с вами по телефону. Насчёт того самого дома, который можно использовать как декорации для съёмок хоррора.

Клим вошёл следом за Эрикой и увидел, что из-за основательного «директорского» стола уже привстаёт золотистый шатен в костюме-тройке, безупречно сшитом по его стройной фигуре. Не сильно старше их с Эрикой, но держащийся с таким достоинством…

И Климу он… Сразу не понравился.

Дело было не в необычном цвете волос, который отражался и в коричневом золоте глаз – явно свой, не краска. Клим, в отличие от большинства мужчин, хорошо разбирался в оттенках и чувствовал малейший нюанс любого цвета.

И не в загадочной ухмылке, которая висела в этом кабинете совсем не к месту и не ко времени.

От Егора Николаевича, кроме дорогого парфюма, веяло не менее дорогой опасностью.