Проклятие чёрного единорога. Часть III

 – Тогда я обезумел от горя… Я, князь и воевода войска, названного за верность свою «псами государевыми», убил своих же солдат… Я потерял человеческий облик и обратился в псоглавца! – видя, что его собеседница сделала шаг назад, Инальт сомкнул зубастую пасть и понурился, прижав уши. – Не бойся меня, девочка… Пресветлый Индр даровал мне прощение и новую цель…

Девушка пристально взглянула волку в глаза и убрала меч в ножны.

– Соболезную тебе, Инальт Богат, – кивнула она. – Меня зовут Дженна. Скажи, а этот Индр… он ведь был здесь? И с ним маг…

– Маг огня, – рыкнул зверь, с уважением покосившись на догорающие ёлки.

 – Они с Индром направлялись в самое чрево зимы.

– Что это? – воскликнула Дженна. – И где? Я должна найти того мага!

– Пещера недалече, – ответил волк. – Но тебе туда нельзя… Всякого человека в гостях у Ледяницы ждёт лишь погибель.

– А я и не человек, – глухо буркнула чародейка, прижимая руку к груди.

– Не ходи за ними, маленькая охотница, – повторил Инальт. – Замёрзнешь…

– Некогда мне тут с тобой спорить, князь! – с отчаяньем всхлипнула Дженна, прислушиваясь к витали учителя.

 – Замёрзну или нет – тебе не всё ли равно? Если меня постигнет неудача, может, я обрасту волчьей шерстью, и тогда в твоей дружине будет не один, а двое воинов…

– Двое или… трое, – тихо усмехнулся князь, провожая взглядом уходящую чародейку.

Жизненная сила, хранимая в маховом пере коршуна, стала почти неслышимой. Теперь Дженну вела лишь нить, тянущаяся от её волос, сплетённых в браслет.

Меж тем, как затихала витали Сайрона, возрастала другая мелодия. А вместе с нею усиливалась и пурга. В стенаниях ветра чародейка всё отчётливее различала сотни, а может и тысячи голосов. Они плакали, жаловались и бранились, но все просили лишь одного – тепла…

Достигнув пещеры, девушка проскользнула в оскалившийся сосульками зев. Не обращая внимания ни на жуткие красоты ледника, ни на скользящий под ногами пол, она молнией пронеслась по коридору и вбежала в ледяную залу.

Низкий свод поддерживали бледные колонны, пронизанные, точно руки – венами, корнями трав и деревьев.

Их тени колыхались в мерцающем свете неверными призраками. И один из призраков имел человеческие очертания.

Маг неподвижно застыл, стоя на коленях и склонившись, будто в молитве, перед единственным источником света, сокрытым за колоннами.

– Учитель, – прошептала Дженна, направляясь к нему.

– А-а, ещё один огонёк, – раздался шелестящий голос.

Свет дрогнул и сделался ярче.