Проклятие чёрного единорога

Откуда Белова вообще взяла это слово? И до того… Она упомянула богов? Неужели она тоже читала запрещенные книги?

– Кто такая крикса? – переспросила девочка, шмыгая носом и удивленно хлопая мокрыми ресницами.

Женщина вздохнула:

– Успокойся, и, может статься, у тебя еще будет возможность узнать ответ…

– Так вы не убьете меня? – удивилась Дженна.

Белова отвернулась от нее. Она вздохнула, а затем рассмеялась и снова посмотрела на свою несообразительную пациентку.

– Ты готова умереть? И только-то?

– Я готова к смерти, но не к ликвидации! – гордо произнесла Дженна давно заученную установку.

– А если я предложу тебе побег? – неожиданно спросила Белова.

Девочка затихла. Побег, теперь такой реальный, почему-то оказался не менее устрашающим, чем смерть.

– Я не верю вам, уважаемая Белова, – все, что смогла пролепетать девочка.

– И не поверишь! – рассмеялась медсестра. – Не поверишь, даже согласившись и оказавшись на свободе, ибо все это несколько выше твоего ограниченного человеческого понимания.

– Хорошо, – кивнула Дженна. – Допустим, вы не медсестра. Может быть, вы и не Белова?

Женщина перестала улыбаться. Взглянув в глаза девочке, она подняла руку и одним быстрым движением извлекла из своей прически изящную шпильку. Волосы алыми волнами рассыпались по груди и плечам медсестры. Они были такими длинными, что доставали до самых бедер. Даже у артисток не было таких красивых, блестящих и ярких волос!

– Вы ведьма, что ли? – несмело произнесла девочка, холодея от собственной догадки.

– Да, – внезапно ответила Белова. – И нет. – Она опустилась на колени рядом с девочкой, не жалея своего стерильно-белого платья. – Все же я медсестра. Чародейка и медсестра.

Дженна не сумела сдержать смеха.

– Твое сознание не в силах увидеть истинную природу вещей, – спокойно продолжила ведьма. – Я и Белова, и нет. Ведьма, как ты изволила выразиться, и медсестра. Мы… перемешаны.

– Это еще как? – испуганно спросила Дженна, прекратив смеяться. – Перемешаны?

– Так же, как и ты, крошка моя, – улыбнулась ведьма-медсестра. – Ты, – она ткнула тонким пальцем ей в грудь, – уже перемешиваешься с Дженной.

– Не понимаю…

– Ты живешь двойной жизнью, – объяснила Белова. – В других сферах подобных тебе людей немало. Они путешествуют в своем воображении, пишут книги, стихи, песни, картины… Однако ваш мир не поощряет подобных затей.