Роза для короля

Тео передернуло от этой мысли. И чуть не умер Черный, а это вообще редкость… Хотя, довольно странно то, что они сами выжили – впервые маги столкнулись с тварью, которой магия была нипочем, даже наоборот – она питалась ею, а слишком большой удар, судя по ранам Деодреда, могла просто отразить в нападавшего.

Тео скрестила руки на груди.

– Мы прошерстим эту часть леса, идите. Но…

– Если что понадобится, вы позовете, – закончил фразу за нее Родни. Он с сомнением смотрел на труп твари. Стало понятно, что дотрагиваться до него ему не хочется.

– Возьми мой плащ, – сказала Тео. – Если пойдет дождь, я не растаю.

Тео с Дереком потратили несколько часов, проверяя, не осталось ли незакрытых проколов поблизости. И все это время молчали, думая каждый о своем. Только под конец, когда стало понятно, что они ничего не найдут, Дерек предложил:

– Может, сначала выспишься, отдохнешь… прежде чем к Белым идти.

– А какая разница. Если захотят, по пояс в землю вгонят, в независимости от того, бодрая я или усталая.

Маги сбросили темную, чуждую энергию твари в один из больших валунов неподалеку от ручья. «Надеюсь, от этого он не станет притягивать несчастья», – без малейшего проблеска улыбки на лице сказала Тео. Вернулись домой они хмурые и вялые.

На столе, пользуясь отсутствием хозяев и наличием оставленной ими еды, устроилась большая зеленая мышь. Возникшему в воздухе порталу она не удивилась, продолжая увлеченно жевать кусок хлеба.

Тео, сняв перевязь с мечом, села на стул и откинулась на спинку, да так, что та жалобно скрипнула.

Магичка окунула палец в вино и оставила на столе рядом с мышью большую каплю.

– Выпей с нами за Риссу, мышка.

Маги чокнулись. Выпили. Тео закурила трубку, и они некоторое время сидели молча, задумчиво наблюдая, как в воздухе клубится дым. Докурив и выбив трубку в камин на угли, Тео вздохнула:

– Ну, я пошла.

Дерек тепло посмотрел на напарницу.

– Удачи.

Глава 4

Ворчуны, пологие, старые горы, были прозваны так за постоянный гул камнепадов на голых каменных вершинах. В лучах солнца нижние склоны казались облитыми медом – это цвела горчица. На скалах выше преобладали голубые и сиреневые оттенки – вереск и бессмертник. Густыми лесами у подножья Ворчуны похвастаться не могли – зато обширных травяных лугов было хоть отбавляй, и люди, селившиеся тут, занимались овцеводством.