Дважды в одну реку

Эдик в это время преспокойно спал себе, а мне приходилось отдуваться за нас двоих.

– Вы с Эдиком вместе в институте учитесь? – вновь стала допытываться Наталия Владимировна.

– Нет, мы в разных институтах учимся. Я в юридическом институте учусь. На третьем курсе. Хочу стать адвокатом. Живу в Москве с родителями. И я обычно ночую дома. Но вчера мы с Эдиком не успели на метро и… – Я остановила вдруг свой словесный поток, потому что все то, что я говорила, со стороны выглядело несерьезно и неубедительно.

Но мама Эдика слушала внимательно, подкладывая мне на тарелку сырники. Да, это были сырники, пышные и аппетитные, совсем как у моей мамы.

– Вы ешьте, ешьте. А я пошла своего оболтуса будить, а то опоздает в институт.

И она вышла.

Я в задумчивости ела сырники, когда она вернулась, достала тарелку для Эдика, налила ему чая.

Затем спросила у меня:

– Как вам мои сырники?

Она вдруг улыбнулась так искренне, что я ответила ей такой же открытой улыбкой:

– Очень вкусно.

Я вдруг осеклась, подумав, что, возможно, это лишнее. Но Наталия Владимировна закивала головой в знак одобрения.

В это время в кухне появился Эдик:

– Доброе утро, мамуля. – Он чмокнул ее в щеку.

Затем повернулся ко мне:

– Доброе утро, Джульетта! Как спалось?

Он улыбался во весь рот и, похоже, ему очень нравилось мое смущение.

Наталия Владимировна потрепала его шевелюру и вышла.

Эдик тут же подскочил ко мне и поцеловал в лоб:

– Познакомилась уже с моей мамой? Ну, как? Все в порядке?

И, не дожидаясь моего ответа, он сел завтракать.

– Господи, как же мне было неудобно перед твой мамой утром, она наверное что-то плохое подумала про меня. Я очень боялась, что не понравилась ей. Она у тебя строгая была.

– Почему ты подумала, что не понравилась ей? Наоборот, очень понравилась. – Эдик задумчиво потер подбородок.

– Ты пропал тогда после этого почти на неделю, а я не могла понять почему? Что случилось? Я решила, что не понравилась твоей маме.

– Ты ей так понравилась, что она мне все уши потом прожужжала, что ты – замечательная девушка и мне очень подходишь, чтобы я женился на тебе, потому что таких девушек на свете мало, что ты – редкий экземпляр, очень редкий.

Эдик вдруг стал серьезным, а глаза его наполнились какой-то болью.