Серая чума

Но имена Аллаха и пророка Мухаммада для них священны.

Однако статуи древних богов – не единственные привратники Марибана. По обеим сторонам ворот возвышались ифриты-великаны, опирающиеся на исполинские алебарды. Впрочем, оружие служило им чисто церемониальной принадлежностью – стражники-джинны носят алебарды испокон веку, это давно превратилось в традицию.

– Откройте ворота, я хочу видеть Хана! – скомандовал Креол.

– Радуйся, смертный! – проревел правый ифрит, мгновенно понявший, что перед ним обычный человек.

– Чему? – невозмутимо спросил маг.

– Тому, что сейчас мы убьем тебя быстро и безболезненно! – ответил левый.

– Ибо если твое желание исполнится, и ты встретишься с Ханом, твоя смерть будет длиться много лун, и каждый миг каждая частичка твоего тела будет сожалеть о необдуманной просьбе! – дополнил правый.

– Но мы милостиво даруем тебе смерть быструю и легкую! – вновь провозгласил левый. – Помолись же напоследок Аллаху или, если ты ширк-многобожник, какому-нибудь ложному божеству!

– Ибо пришла твоя смерть!

Креол только растянул губы в улыбке.

И оглушительно чихнул.

– Да будет Аллах милостив к тебе! – хором воскликнули ифриты, складывая руки на груди.

В то же мгновение маг резко метнулся вперед, активируя давно заготовленное заклятие Призрачной Формы. На несколько секунд Креол перешел в эфирное состояние и пробежал прямо сквозь ворота.

Ифриты запоздали на какое-то мгновение – снаружи послышался обозленный вой и ругань.

– Ты обманул нас, смертный! – яростно проревел один из них.

– Ты знал, что правоверный джинн обязательно ответит чихающему! – обиженно заявил второй. – С твоей стороны нехорошо этим пользоваться!

– Ты обманул нас! – упорно твердил первый.

– Причем уже в третий раз, – фыркнул Креол. – Проскользнуть мимо стражи Марибана не сможет только последний недоумок.

– Радуйся, что нам запрещено входить внутрь! – рявкнули снаружи. – Но ты еще будешь возвращаться, и тут-то мы тебя встретим!

– Нет, возвращаться я как раз не собираюсь, – ухмыльнулся Креол, уже не обращая внимания на вопли и брань обманутых ифритов.

Изнутри (да и снаружи) Марибан похож на дворец какого-нибудь халифа.