Серая чума

Ванесса с ужасом закрыла глаза – осталась всего одна, последняя. А потом… потом она превратится в хорошо прожаренный хотдог.

Но монстр больше не дышал огнем. Он растерянно почесал в затылке и прогремел:

– Видно, тебя защищает могучая сила! Мне неведом ее источник, однако я желаю взглянуть, сможешь ли ты устоять против кулака ифрита так же легко, как устояла против его дыхания!

– Ифрита?! – поразилась Ванесса.

– Да, дщерь человеческая, я ифрит! – раздулся от гордости гигант. – Страшись гнева моего, ибо сейчас я превращу тебя в кебаб! Ногой!

– Да пошел ты! – откликнулась Ванесса, с легкостью увертываясь от здоровенной ножищи и отбегая подальше.

 – Поймай сначала, придурок!

Ифрит взбеленился. Громила погнался следом за улепетывающей девушкой, уже не помышляя о том, чтобы дышать огнем – он крепко уверился, что это на нее не действует. Однако по его спине побежали голубоватые сполохи, кисти рук объяло бушующее пламя, а песок, по которому он ступал, превращался в стекло.

– Ха-ха-ха! – гремел ифрит, с легкостью нагоняя Ванессу.

 – Тебе не убежать, не убежать, ничтожная смертная дщерь!

Вон петляла, изо всех сил стараясь увеличить расстояние между собой и бушующим ифритом. Увы, тот не отставал. А в следующую секунду попросту взмыл в воздух и с грохотом приземлился перед Ванессой. Та резко затормозила, едва не подвернув лодыжку, развернулась и бросилась назад – ко все еще мерцающему в ночи порталу.

– Стой! Стой! – весело грохотал ифрит. – Ха-ха-ха!

Неожиданно Ванесса споткнулась.

Она недоверчиво перевела глаза на камень, так не вовремя подвернувшийся под ногу, а в следующий миг уже летела лицом в песок. Ее только и хватило, чтобы выставить руки, смягчая падение, и успеть перекатиться на спину.

Над ней воздвиглась багрово-красная громада, огромная ножища нависла над лицом, где-то высоко слышался торжествующий хохот…

– Прочь от моей ученицы!!! – раздался чей-то голос.

В ифрита ударила ослепительная белая молния. Великан взвыл от боли и развернулся к новому противнику.

Там стоял Креол с почерневшим от бешенства лицом. Он вздымал посох и уже открывал рот для нового заклинания.

Ифриту это очень не понравилось. Он одним гигантским шагом перекрыл расстояние меж собой и Креолом, на ходу выдыхая длинный язык пламени. Огненная лавина обуяла архимага, испепелив кружащую в воздухе мошкару и оплавив песок до состояния стекла. Но Креол словно бы и не заметил атаки – он стоял невозмутимо, будто под весенним дождичком.