Приложение «Мокша»

Смех у неё был тягучий, как деготь, обволакивающий, как густой туман.

– А если я ненормальная?

Ярослав не нашелся с ответом, но тут к ним подошел мастер и пригласил принимать машину. Яр отправился подписывать и оплачивать заказ-наряд, а Лидо весело попрощалась и ушла пружинящей походкой.

Подписывая бумаги, Яр наблюдал сквозь стекло шоу-рума, как она плавно садится в свой кабриолет, включает фары и медленно трогается, постепенно набирая скорость.

Начался дождь, о котором он вовсе забыл за этот час.

9

Во вторник небо продолжало хмуриться: налившиеся серым кучевые облака практически не давали просвета солнцу, и хотелось, чтобы дождь поскорее пролился сплошным бурным потоком, чтобы позже принести легкость и облегчение.

Искра вышла с коллегой из офиса, собираясь идти вместе с ней к станции метро.

Однако её окликнула незнакомая девушка-женщина:

– Искра!

Искра удивилась, попрощалась с подругой и направилась в сторону незнакомки.

Та стояла недалеко от входа, явно её ждала.

Да и было бы непросто такую забыть. Та была яркой, именно яркой, не классически красивой – короткие темные волосы, стриженые под каре, смуглая кожа, темные глаза как стрелы. Было в ней что-то от народов Ближней Азии – то ли Азербайджана, то ли Татарстана, то ли вовсе Кореи из-за схожего разреза глаз.

Однако во всей остроте её облика и дерзости взгляда была и скрытая мягкость – в пухлых губах, в плавных движениях, в стройной стати.

– Мы знакомы? – спросила Искра, подходя ближе.

– Тебе понравился мой подарок? – прямо спросила молодая женщина вместо ответа. Ей, на первый взгляд, было около тридцати трех-тридцати пяти.

Сердце Искры сразу испуганно сжалось от мгновенного понимания.

– Вы – коллега Ярослава?

– Я – Лидо, – наконец представилась… кем там она была… шаманка, жрица?

– Искра.

– Давай прогуляемся?

Искра согласилась, хоть и немного опасалась Лидо. Однако у них были общие знакомые, и та знала её отца.

Они пошли в сторону набережной. Лидо была на каблуках, но шла на них так уверенно и плавно, словно дальние прогулки были её любимым занятием.

– Что с твоей первой жизнью?

Искра резко остановилась, опешив от вопроса. Это было верхом наглости, абсолютным нарушением всех правил приличия – спрашивать про первую жизнь.